Пашка. Документальная повесть

Спасало одно: в глухой деревне не было людей, которые могли бы донести на слишком разговорчивую крестьянку. Да и вправду сказать, соседские бабы Марию любили: была она добрая, и говорила складно. Потому в доме у них часто бывали гости.

Такие посиделки были своеобразной живой книгой, из которой можно было узнать родословную всех семей, легенды, сказки, песни, любимые в этих местах. Они помогали хранить в памяти историю, традиции и обычаи. Да и о том, как появилась деревня Миновское, Паша однажды узнала от бабушки-соседки точно таким как сегодня темным зимним вечером…

– Мне дед передал, а ему, его родители сказывали, что когда они пришли в эти места, здесь был только лес, – перебирая пряжу начала Анна Федоровна свой сказ.

 – И такой он был древний и могучий, что люди боялись заходить в его владения. Многие тогда встречали и лешего, и водяных, да русалок.

Но надо было как-то жить: пахать, сеять, пасти животину. И взялись люди за топоры, и вырубили, вычистили место для нового поселения. Правда и по сей день зорко приходится следить, чтобы лес не вернулся обратно.

А место для деревни выбрали с умом: на высоком месте, чтобы весной, когда сойдет снег, к домам не подошла вода. Знаешь ведь девонька, что по весне, в разлив, становится деревня островом – окрест, куда ни глянь, – море-озеро. До большой земли только на лодке дойти и можно. А все потому, что здесь две наши речки-неразлучницы Мелеча и Ужень сходятся вместе, и бегут, струйка к струйке, к далекой Волге. И земля здесь оказалась хорошая, щедро рожает лен да рожь. И в лугах всегда достает трав для многочисленной домашней скотины. А все дороги в ближайшее село, Поречье, идут через наше Миновское: обойти его, миновать стороной, невозможно…

Сегодня завели беседу мамины подруги о чудесах и исцелениях.

– Слыхали, у Нюрки дочка опять захворала, – не отрывая глаз от пряжи, начала Мария Ивановна свою очередную историю, – и решили, что раз доктора не помогают, надо к Захаровне идти…

– Это к которой, уж не в Дубровку ли? – всплеснула руками маленькая сухонькая женщина, соседка тетя Маша, – так про нее же говорят: колдунья, – перейдя чуть ли не на шепот, закончила она.

– Да что ты, окстись, – усмехнулась мама, окинув робкую собеседницу лукавым взглядом, – просто знахарка, травы нужные знает, настои целебные готовить умеет. Да ты вспомни, она же года три назад брату твоему Степану хорошо помогла, ты ж тогда ее хвалила. Ну да ладно, не о том речь. Я ж про Вальку Нюркину.