День, когда он вернулся

Покрытые слизью и немного прикрытые кусками одежды, они шли в кабину. Вертолет неловко качнулся и оторвался от земли. Вопли раздавались в кабине, они стали усиливаться, но были прерваны звонким девичьим голосом: «Не смей лететь!» Визги и рев немного стихли, телефон шатнулся, и перед ее глазами предстало лицо существа. Из его рта торчали зубы, подобные клыкам хищного зверя. Глядя на нее, монстр истошно завопил, крича и скаля зубы. Слюна его текла и падала на экран и настил днища вертолета. Оно пошло в кабину вместе с телефоном, еле удерживая его руками.

Она увидела еще знакомую спину, слегка покрытую слизью, под которой еще виднелась розовая, слегка заметная кожа. Монстр обернулся и посмотрел на нее. Залитые слезами глаза уже покраснели, и розовые щечки перестали блестеть. Что-то в его глазах, засыпанных пеплом, переменилось. На миг что-то блеснуло в них, и ей показалось, что они заблестели привычным ярко-синим цветом. Вертолет отклонился вправо, и несколько существ, ведомых криком и визгом существа с телефоном, накинулись на пилота. Страшно кусая и разрывая его когтями, они визжали ему в лицо. Но существо из последних сил держало в себе остатки человека, по большой дуге вправо направляя вертолет на ближайшую гору. Связь оборвалась, к ней подбежал маленький мальчик лет пяти или шести. «Мама, не плачь. Кто звонил, папа?» – «Да, милый, папа звонил», – вытирая ладонью слезы, стекающие по щекам, ответила мама. «Когда он будет дома?» Мальчик крутился возле нее, трогая край платья своей маленькой ручкой и глядя на нее такими же глазами, как у папы. Она тронула его лобик, взяла на руки, прижала к сердцу, сидела молча и плакала. Ее горькие горячие слезы падали на волосы сыну и не могли остановиться, бездонным океаном вытекая из ее глаз. Сын тихо прижался к ней. Вжавшись еще сильнее в ее объятия, он смиренно сидел, отчасти понимая причину слез его всегда веселой мамы. За окном светило солнце, рядом с домом росли пальмы, был прекрасный день, не предвещавший беды. В дверь их коттеджа, расположенного на берегу лазурного моря, кто-то постучал. Она не хотела никого видеть, закрывая глаза и сжимая свое дитя все крепче и крепче. «Мама, отпусти меня, я открою». Мальчик выпутался из нежных и любящих объятий матери и побежал к двери. Попутно влетев ногой в игрушку и приземлившись на попу, он встал и, немного погладив ее, побежал дальше. Дернул ручку. Перед ним стоял его дядя Джордж.