У истоков литературы. Учебное пособие

В каббале утверждается, будто бы любое слово становится

С верой в магические свойства имени были связаны две противоположные крайности в отношении к слову: с одной стороны, табу, т.е. запрет произносить имя, а с другой стороны, повторения значимого имени. Особенно значимы табу и/или повторы имени Бога. Например, в культуре народа ибо (Африка) вместо имени Бога звучит оборот, означающий «Тот, чье имя не произносится». Многократные повторения имени Бога обычны в ритуалах самых разных верований и религий.

Выдающийся лингвист Ф. де Соссюр, изучая анаграммы в молитвах и гимнах на санскрите, древнегреческом, латинском языках, высказал гипотезу о том, что «обращение к богу, молитва, гимн не достигают своей цели, если в их текст не включены слоги имени Бога». В истории известны соединения табу и повторов одного имени в пределах одного текста.

Верой в магические свойства имени пронизан весь фольклор. Даже в поздних фольклорных жанрах (таких, как былички, бывальщины, легенды, устные рассказы и т.

п.) смысл бесчисленных историй сводился к тому, что если знать имя нечисти, то именем можно нечисть и отвести; если отгадать имя, то получишь власть над тем, кто носит имя; от слова зависит судьба и жизнь.

Поэтому сакральность Слова для древнего человека связана с такими явлениями, как табу и эвфемизм.

Табу (от полинезийского tapu – всецело выделенный, особо отмеченный) – запрет совершать определенные действия (употреблять те или иные предметы, пищу, питье) или запрет произносить те или иные слова, выражения (особенно часто – собственные имена).

Эвфемизм (греч. euphemismes от eu – хорошо и phemi – говорю) – это замена табуированного слова приемлемым.

Табу сопровождает всю историю человечества, но в наибольшей мере табуирование слов и выражений характерно для первобытной поры. Существовали табу, связанные с охотой, рыболовством; со страхом перед болезнями, смертью; с верой в домовых, в «сглаз», порчу и т. п. Для разных половозрастных групп были свои запреты; свои табу были у девушек и у юношей до брака, у кормящих грудью, у жрецов и шаманов.

Словесные табу, по-видимому, могли быть разного происхождения. Видный этнограф и фольклорист Д. К. Зеленин считал, что первые словесные запреты возникли из простой осторожности первобытных охотников: они думали, что чуткие звери, понимающие человеческий язык, могут их подслушать и поэтому избежать капканов или стрел.