Приличные люди

Говоришь ему «ты тупой!» – он не злится, а думает, как бы стать немного умнее… Может, и злится, конечно. Кто ж его знает? Но суть не в этом. Если я не буду обижать Костю, он остановится в развитии, перестанет напрягаться. И что дальше? По состоянию на сегодняшний день лучшее, что его ждет, – работа на кафедре. И речь тут вовсе не о грандиозной академической карьере, нет. Единственный итог: в университете станет одним безграмотным профессором больше, вот и все.

– То есть ты утверждаешь, что криками и оскорблениями оказываешь Косте услугу?

– Да.

Я даю ему шанс развиться, стать немного лучше.

– Господи, Андрей… Что за бред? Посмотри правде в глаза, ты никого не делаешь лучше. Ты просто вспыльчивый, неуравновешенный болван, который ищет оправдание своим поступкам.

– А ты просто очередная сучка, которая запрыгнула ко мне в постель и теперь пытается учить меня жизни.

– Ну все, с меня довольно!

Лицо Камиллы пропало из виду, и Лапшин по звукам догадался, что она поспешно собрала вещи и начала одеваться в дальнем углу комнаты.

Приподнявшись над краем кровати, он увидел, как она застегивает молнию на символической юбке.

– Куда ты? – с досадой проговорил юноша. – Тебе же нравится, когда я называю тебя сучкой!

– Андрей, ты скотина! – Камилла резво собрала волосы в хвостик и стянула их резинкой. – И как я могла с тобой связаться? С тобой же минуту поболтаешь – и сразу понятно: скотина! Ты – скотина и мудак! Можешь считать, что я тебе сейчас услугу оказываю, даю шанс развиться.

– Ты такая сексуальная, когда шумишь, – подобно опытному хищнику, Андрей держался от девушки в паре шагов.

Не сокращал дистанцию, зная, что если спугнуть антилопу, догнать ее уже не удастся.

– Не надейся, что я останусь. Я, может, и сучка, но не до такой же степени!

Один рывок – и жертва обездвижена. Камилла вскрикнула, извернулась, но выскользнуть из суровых мужских объятий не смогла. Каким-то чудом высвободила руку, влепила Андрею смачную оплеуху, но тот даже не шелохнулся.

– Этой ночью ты моя, – прошептал он, не ослабляя хватки.

 – Завтра делай, что захочешь, но сегодня ты моя собственность.

Она вдруг перестала биться, обмякла, и Лапшин ощутил, как жаркое тело Камиллы послушно повинуется его воле. Без лишних сантиментов он бросил ее на кровать лицом вниз, повыше задрал юбку и обеими руками дернул на себя колготки, туго обтягивающие бедра девушки. Заодно с ними соскользнули и трусики, оголив роскошные округлости ягодиц…

Наутро Камилла никуда не исчезла.