Итальянская история

 Мой!

Как я собиралась – надо было видеть. Мама дорогая, за месяц я запустила себя, как бродячая собака: земля под ногтями, обросшие волосы, колючие пятки и наигрубейшие заусеницы. Чтобы привести себя в порядок, нужна была как минимум неделя, а у меня в запасе было лишь несколько часов, половину которых я потратила в разъездах по магазинам, скупая стройматериалы: чтобы работа продолжалась те несколько дней, пока меня не будет. Затем, метнувшись на маникюр, начала сборы. На педикюр уже не было времени – пришлось мириться с тем, что надо будет прятать ноги.

Кстати, ноги у меня были завтраком, обедом и ужином для комаров – несложно представить их пестрый окрас.

Прихватив паспорт, я помчалась на свой самолет.

От Шереметьево до Серпухова – пара часов, хорошо, что без пробок. Всю дорогу я пыталась себя успокоить, потому что мне не терпелось увидеть его. Я уже готова была побежать впереди машины – останавливало лишь то, что в таком случае я прибежала бы потная, грязная и запыхавшаяся, что не совсем подобает девушке.

Когда я доехала до отеля, Лука спустился в лобби. Ах ты мой драгоценный, совсем не изменился… Мы быстро записали меня в номер и поспешили уединиться. Как же я соскучилась!

Все было прекрасно, за исключением вида из окна – но это не важно. Главное, что вон он, тут, мой, родной, любимый – целуй, кусай, обнимай! Уже почти засыпая, он проговорил:

– Кстати, у меня хорошая новость. Ты можешь поехать завтра со мной на работу.

– А я тебе там не помешаю? – спросила я.

– Нет, наоборот, ты даже поможешь, если переведешь, что я говорю, а то переводчик, которого они пригласили, ужасен.

– С удовольствием! – сказала я и, пристроившись к нему поближе, уснула с улыбкой на лице. Вместе…

На следующий день в восемь утра нас забрали из отеля. И все последующие три дня мы ездили с ним на работу… я видела, как он уставал, поэтому по возвращении в отель его не тревожила… не замечая при этом, что я ведь тоже работала – и это не было переводом пары фраз. В первый день оказалось, что он отказался от переводчика вообще и представил меня как персонального ассистента.

Мне пришлось переводить абсолютно все, начиная от рабочих моментов (обсуждения рецепта, машин, ингредиентов и всего остального) и заканчивая рассказами об Италии во время перекуров. Когда я была с ним, я себя недостаточно ценила – можно даже сказать, не ценила совсем. Он для меня был выше и важнее всего, даже меня самой. Позже я поняла, что это абсолютно неправильно и неприемлемо.