Девятый всадник. Часть I

Я понятия не имею, как якобинцы относятся к русским. Тем более, если эти русские – еще, к тому же, и австрийские офицеры».

Кристоф посмотрел на Юлию. Если она проявит упорство и останется с ним, так тому и быть. Он знал, что защитит и ее, и ребенка. Что бы это ни стоило. Если же она поддастся уговорам шевалье, то что ж, он ее тоже поймет. Если этот Фрежвилль действительно увез ее из захваченного бунтом Парижа, то и здесь ее выручит. О Боже, как мучительно Кристоф ему сейчас завидовал!

«Не думаю, что к французским шевалье относятся лучше», – парировал он.

 – «И вы уверены в том, что осталось именно два дня? Вчера я не заметил их аванпостов».

Проигнорировав его реплику, Фрежвилль обратился к Юлии:

«Мне не хочется тебя вынуждать, ma chere, но нужно принимать какое-то решение. Так продолжаться больше не может».

Юлия отошла от них к подоконнику. В неверном свете хмурого утра ее волосы отливали серебром. Она сказала: «Шарль. Поезжай в Лондон. Там тебя ждут. Я же останусь здесь. Мы будем в безопасности».

«Оставаться здесь?!» – вскричал Фрежвилль. Его румяное лицо резко побелело. «В распоряжении вот этого…» – он указал на Кристофа.

«Милостивый государь», – настал черед пылать гневом фон Ливену. – «Я был в четырех сражениях, и ни в одном из них не показал себя трусом. И, ежели вы сомневаетесь, готов с вами драться… Якоб, шпагу!» – позвал он слугу.

«Нет!» – закричала Юлия. – «Так дело не пойдет, я запрещаю вам!»

«Мадам, это дело чести», – проговорил Фрежвилль сдержанным голосом.

 – «Ежели вы отдали предпочтение не мне, то я бы готов смириться с подобной неблагодарностью с вашей стороны. Но ваша самонадеянность угрожает вашей жизни – и жизни ни в чем не повинного ребенка».

Кристоф уже взял шпагу из рук Якоба и лихорадочно вспоминал все позиции, которым его учили в фехтовальной школе. Здесь слишком тесно. Это плохо – дело окончится кроваво. Да еще Юлия намеренно встала меж ними, скрестив руки на груди. Кристоф заметил, что она не походила на несчастную жертву обстоятельств.

На обоих своих поклонников – давнего и новоиспеченного – баронесса смотрела, как строгая няня – на расшалившихся мальчишек.

«Становитесь в позицию!» – воскликнул Кристоф, удивляясь бездеятельности своего противника. – «Я требую немедленной сатисфакции!»

«Если вы здесь поубиваете друг друга из-за вашей гордыни, я совсем пропаду», – твердо проговорила Юлия. – «Поэтому, мсье фон Ливен, положите шпагу на место. А вы, мсье шевалье, не вынимайте ее».