Колокольный звон. Повесть

Увидев Веру за их спинами, он, как на линейке первого сентября, неуверенно посмотрел ей в глаза, словно бы спрашивая: «А ты разве – не с ними?»

«Нет», – без слов ответила Вера, задержав дыхание – в ней всё ёжилось и обомлевало от этого кристально-голубого, светлого взгляда.

Несколько мгновений Вера и новичок смотрели друг другу в глаза. Но Вера не выдержала и – перевела взгляд на пол.

В тот день Василиса Алексеевна, узнав о случившемся на уроке физкультуры, в своей волшебной лаборатории русского языка и литературы пыталась донести до кукол то, что донести было невозможно.

– Вот вы знаете, – голос Василисы Алексеевны звучал мелодично, но твёрдо, – что на самом деле вы не сильнее, чем он? Вы – слабее. Потому что не можете удержаться перед издевательствами над ним. Вы, зная, что он не может вам ответить – он один, а вас, сильных физически, так много, – вы решили, что можете себе позволить травить его? Какая низость…

Они делали вид, что слушали, но в их физиономиях не промелькивало даже намёка на осмысленность, которую потихоньку взглядом искала Вера.

– Какая мерзость, – продолжала Василиса Алексеевна, и её румяное лицо приобрело багряный оттенок. – А потом, вы в курсе, чем может закончиться ваша травля? Я много лет уже в школе – и не раз мне приходилось за этим наблюдать. Как-то, в одном классе, была одна девчонка – и её тоже все травили. Девчонка как девчонка, но над ней все издевались, и она из-за этого страдала.

Ничего хорошего не вышло из этого, уж поверьте мне. А в другом, ещё в одном классе, был мальчик. Он был толстенький и в очках, и из-за этого его все травили. А он, между прочим, писал прекрасные сочинения и романы. Но из-за травли он очень страдал. И, в общем-то, закончил он плохо. Он, в общем-то, погиб. Но вы подумайте – потом счастливы ли были те, кто над ним издевались?

В каждом уголке волшебного кабинета затаилась тишина, и даже драцена в большом горшке на этажерке замерла и перестала покачивать листьями.

Слышались только негромкие всхлипывания новичка, который, ссутулившись, сидел за изрисованной партой, закрывая лицо хрупкими руками.

Василиса Алексеевна попросила его остаться после урока. Он, не отнимая ладоней от лица, кивнул.

– Да над ним вообще все издевались! – крикнул один из одноклассников, видно, не выдерживая тишины. – Все! Кроме Веры Железиной … – он показал на неё пальцем.