Три дня в родном городе. Повести

Несколько лет назад на дворовой калитке установили замок, однако части жильцов это не понравилось. Они периодически забывали код, долбали по железным прутьям, будя жителей ближнего подъезда. В итоге замок привели в негодность, и теперь вход во двор был открыт всем и каждому. Вот и сейчас в стороне от фонарей и подъездов, у чахлой детской площадке тусовалась пара мужиков. Я заметил их боковым зрением, но внезапно фигуры оказались прямо возле меня.

– Борис? – спросил один из них, нависая надо мной.

– Да, а вы кто?

– Сейчас узнаешь, – зловеще ответила фигура.

Внутри у меня все напряглось и не зря. Высокий (повыше меня) парень резко отвел руку назад и направил ее прямо в мой подбородок. Но моя реакция меня не подвела и в этот раз. Я отшатнулся назад и кулак лишь слегка коснулся лица. Но я поскользнулся и упал назад на мягкий снег, громко закричав при этом:

– Суки! Что вам надо?

Фигуры нависли надо мной и в ту же секунду, отскочили в стороны с громкими криками, схватившись за лица.

– Быстро разбежались! У меня еще травмат есть, – услышал я чей-то голос, и увидел третью фигуру, появившуюся сзади нападавших.

Парни, матерясь, отступали со двора. А надо мной с пистолетом в руках стоял Славик Гонцов.

– Ты не уехал еще? – спросил я.

– Еще нет. Ты в порядке?

– Да вроде, – я поднялся на ноги, отряхивая снег с одежды, – Оружие из Америки привез?

– Нет, здесь купил. Для самообороны. Видишь, пригодился.

– Вижу. Газовый?

– Газовый.

– А травмат?

– Травмата нет.

Это понты дешевые, – Славик засмеялся, – Видишь, они тоже не мешают в России.

– Вижу. Спасибо.

– Не за что. За что они на тебя налетели?

– Не знаю, я их вообще первый раз вижу.

– Да, нравы жестокие у вас.

– Уже «у вас»? – я засмеялся.

– У вас, у нас, – какая разница.

Что-то разговаривать со Славиком, да и вообще с кем бы то ни было, в этот момент мне не хотелось. Но и уходить от своего спасителя было как-то неудобно.

– И как там, в Америке живется?

– Сложно сказать, всем по- разному.

Но если работаешь, то достойно. Хотя чего-то не хватает, даже, несмотря на то, что привыкаешь. Человек – такая скотина, ко всему привыкает. Я знаешь, как Америку называю – концлагерь с усиленным питанием. Все по закону, все регламентировано. В трех словах не объяснишь. Ты в Америке не был?

– Нет, – усмехнулся я, не поясняя, что и в Европе-то был не очень.

А вместо этого сказал:

– А у меня дед в Канаде умер.

– Да? Мои соболезнования.