Филарет. Историческая повесть в стихах

И Дмитрий Шуйский

 тоже с Самозванцем

Не хочет встречи – медлит воевать,

И не идет к Мстиславскому. Под Брянском

Стоит и пишет, тоже просит рать.

Ужели сговорились меж собою

И оба мне в глаза пускают пыль? —

Раздумывал Борис:

– Вон сдал без боя

Мосальский

Лжецаревичу Путивль.

Сдается мне, лукавят воеводы,

Потворствуют разбойнику, юлят.

И никакой не видно в них охоты

Сниматься с мест и в бой вести солдат.

В войсках разброд. Князья не держат слово

И ездят к самозванцу на поклон.

Донос пришел, что будто Салтыковы

Лжедмитрию отдали крепость Крон.

Не вывел змей… Теперь вот весь искусан…

Василий Шуйский

, как и брат, хитрит,

Плетет измену во сто крат искусней,

Таит одно, другое говорит.

Ни одного хорошего известья,

Ни одного! О, как же я смешон!

Какою ложью и коварной лестью

Я был все это время окружен.

И вот все растворилось в одночасье…

Как жадно я глотал всевластья хмель,

Не распознав в нем страшного несчастья.

О, как похмелье тяжко мне теперь!

Борис вздохнул:

– Моя душа в унынье,

Ей не осилить более ни дня.

И он подумал с нежностью о сыне:

– Быть может он удачливей меня.

Ну, вот и все! Тебе меня не жалко? —

Борис взглянул на тень:

– Ты здесь давно?

Ну, что ж смотри! И он, наполнив чарку,

Вдруг выпил яд бесстрашно как вино.

Путивль

1605

Все в сборе: Шереметьев

, Салтыковы,

Голицыны

.

Любимый воевода Годунова —

Басманов остается в стороне.

Не видя пользы от своей отваги

В войне, в которой не было врагов,

Где все свои, он изменил присяге,

Что взял с него когда-то Годунов,

Нарушил обязательства и клятву

Быть верным государю.

– Как я мог? —

Он укорял себя, – я – воин ратный

Поверить в то, что Дмитрий – не подлог?!

Ведь я все вижу! Вижу, непохож он

На Дмитрия – мал ростом и крепыш,

Рябая и веснушчатая рожа,

И некрасив лицом и грязно-рыж.

– Нет, – отступил Басманов, – невозможно!

Царь ряженый! Он – лжец! Он просто шут!

И спохватился:

– Все! Теперь мне поздно

О том кричать. Меня или убьют,

Иль назовут при всех умалишенным, —

Он оглядел собравшихся бояр:

– Здесь все играют подданных… Притворно

Внимают Самозванцу. Вот скандал!!!

Он вдруг услышал шепот Салтыковых

И обомлел.