Горби-2

Глаза её бродят сами по себе по возбуждённому лицу, ноги от нетерпения временами как бы разворачиваются вправо или влево, и как бы сами бегут к следующему собеседнику – так Дуське не терпится распространить горяченькую информацию.

К вечеру выясняется, однако, что около восьмидесяти процентов рассказанного выдумано. Кем – это никогда не удаётся выяснить. Но сама баба Дуня наотрез отрицает своё авторство. Похоже, в ней умерли две великие личности – любвеобильная Анжелика и плодовитая писательница.

Бухенвальд без бабы Дуни, она же – Дуська, давно захирел бы от информационного голода, ведь газет, книг и прочей полиграфической продукции здесь не держат, во-первых, по причине безденежья, во-вторых, по причине безудержного воровства.

Газета в почтовом ящике не пролежит и минуты после ухода почтальона.

Когда Дуська встречается посреди главной улицы Бухенвальда со своей соседкой Варей, это надо видеть, так как словами передать происходящее трудно, почти невозможно. Варе тоже семьдесят, но она в такой поре находится, кажется, уже лет сорок – засохнув, как вобла, искурившись до черноты, Варя не меняется от времени.

Варя и Дуська могут часами стоять на улице и, отчаянно молотя руками, абсолютно независимо друг от друга выкрикивать, бросать друг в друга причудливые информационные блоки.

Иссякнув, каждая из них побежит в свою сторону, но при встрече с очередным объектом (приёмником информации) происходит как бы взрыв «сверхновой».

Иногда между «звёздами» случаются звёздные войны – Варя и Дуська подолгу не разговаривают.

Причиной может быть любой пустяк, например, Варина курица на Дуськиной территории. В эти мучительные для «звёзд» периоды не происходит полной информационной разрядки, хотя каждая из них бегает по Бухенвальду и разносит информацию, то бишь, сплетни. Но апогей этого процесса – интенсивный обмен авторскими блоками – не реализуется, поэтому информация накапливается и у Вари, и у Дуськи, переполняет их кладовые сплетен. И в один прекрасный день всё равно возникает светящаяся вольтова дуга, которая соединит две «сверхновых» на главной улице Бухенвальда.

Глава 6. Матрёна и Николай, Зойка и Руслан

Примечательна и трагична история этих четырёх людей, происшедшая в Бухенвальде на глазах у многих его жителей – сколь примечательна и трагична, столь и обычна для жизни бухариков.

Матрёна – родоначальница этого квартета – была подслеповата, рябовата, в общем, далеко не красавица.