Любовный блокчейн

Из-за этого пришлось уволить одного из поваров и снизить зарплату официанткам.

Ещё через месяц справа открылся американский фаст-фуд. Студенты, мамочки с ребятишками и секретарши, словно сговорившись, перекочевали туда. Лео подсчитал, что в кафе теперь приходит от силы семь посетителей за день. Он уволил официанток, и они с Лаурой стали сами обслуживать редких клиентов. Но попытки спасти бизнес были бессмысленны. Лео задолжал поставщикам продуктов, не мог платить за электричество и воду. Дело его жизни разрушалось на глазах.

Усталый и мрачный, он возвращался домой затемно, считая в уме убытки и пытаясь придумать какой-нибудь выход. Больше не было оживлённых разговоров с женой за завтраком и поцелуев по дороге на работу. Лео почти ничего не ел и часто даже не слышал, как Лаура окликала его.

– Послушай, давай бросим всё это, – сказала она однажды. – Нам надо сделать перерыв. Отдохнуть, найти другую работу. Я могла бы устроиться в магазин одежды, а ты…

– Какой отдых? О чём ты говоришь, Лаура? – вскрикнул Лео.

– Давай продадим машину, – предложила Лаура. – И возьмём кредит в банке. У меня есть дом, оставшийся от деда. Он старенький, но зато недалеко от площади Верди. Его можно заложить…

– Я не могу закладывать твоё имущество, Лаура! – мрачно ответил Лео. – Это не по-мужски!

– А сидеть вот так, целыми днями, в тихой истерике – это по-мужски? – рассердилась Лаура. – Из-за этой истории с кафе у меня такое ощущение, что в нашем доме кто-то умер!

– Умерла моя мечта! – с яростью отозвался Лео.

– Ах, выходит, ты жил только ради кафе? – крикнула Лаура.

Она вскочила и убежала в спальню. Лео не пошёл за ней – не было сил сейчас выяснять отношения. Все его эмоции словно вылились из души, как вода из разбитого кувшина. К тому же, телефон тренькнул – пришло очередное напоминание из банка поставщиков о необходимости внести платёж.

Ещё два дня прошли в мрачной суете. Лео давал объявления в Интернете о продаже оборудования и мебели из кафе, звонил кредиторам, уговаривая продлить сроки уплаты. Домой он приходил как можно позже, чтобы бы не видеть обиженного лица Лауры, не слышать её упрёков.

На третий вечер он возвращался домой пешком – приходилось экономить на бензине. В глаза ему бросилась машина, стоящая под фонарём, тёмно-красный «Мерседес».