Небесный замысел любви. Книга первая. Радужный мост

Пройдя автобусную площадь, повернула в небольшой парк, напротив монастыря, шла и думала о разговоре с Наташей. Подойдя к книжному магазину, очнулась, посмотрела на часы, быстро вбежала по ступенькам крыльца, споткнулась и упала… острая боль пронзила ее, она вскрикнула, закрыла глаза.

В это время из магазина вышел высокий светловолосый парень, воротник его куртки был поднят, под мышкой держал двухтомник Расула Гамзатова. Открыл дверь, сделав несколько шагов, он на мгновение закрыл глаза от неожиданного толчка, замер, прямо ему под ноги что—то свалилось…

Открыв глаза, Мила увидела мужские ноги, поморщившись от боли, ухватилась за перила…

Открыв глаза, Грант, а это был он, увидел на ступеньках лежавшую и охавшую девушку…

…Мила, держась за перила, попыталась встать, но не смогла: «Ой, больно, как мне больно», – морщась, тихо произнесла она.

Присев на ступеньки, подула на разбитую коленку… достала из кармана носовой платок, начала им вытирать кровь…

Грант, уронив книги, бросился помогать Миле, протянул ей руку…

…Мила подняла глаза и увидела светловолосого, симпатичного молодого мужчину.

Их глаза встретились: ее – большие, темно—карие, с длинными ресницами, испуганные глаза; его – голубовато—серые, добрые, выражавшие большое удивление… а потом сочувствие.

Грант протянул ей руки: «Девушка, давайте я вам помогу, вам больно?»

– Да, – поморщившись, тихо произнесла Мила.

Он, так же поморщившись, начал ее поднимать.

– Как я свалилась, не пойму… ой… коленку больно, разбила… все порвала… Господи, как мне больно… – стонала она.

Грант поднял ее, ухватив за талию. Мила встала, тихо простонала, зажмурилась, постояла немного с закрытыми глазами. Грант рассматривал ее лицо, улыбнулся, прищурив глаза. Открыв глаза, Мила увидела, что мужчина смотрел на нее улыбающимися глазами, одной рукой он держал ее за талию, а второй придерживал за руку. Их глаза опять встретились, они молча изучали друг друга несколько минут.

Их взгляды были очень разными: его глаза излучали теплоту, доброту, улыбались, ее – колючие, веки слегка подрагивали, длинные ресницы почти их прикрывали, были непреступными.

Мила смутилась, у нее появилась легкая дрожь в теле. Она первая отвела взгляд, опустила глаза, поморщилась: «Спасибо вам. Мне лучше. Спасибо, я сама… я сама пойду, – высвободив руку, она увидела на полу, свой портфель и книги.