Соколовская пасха

Соколовская пасха

Анатолий Агарков

Станицы Соколовской больше нет. С землей сравнялись холмики могил, фундаменты домов, колодцы. Лесная тишь и благодать на месте прежнего жилья. Память людская жива. Из поколения в поколение потомки казаков Богатыревых рассказывают эту быль – когда пошел на брата брат. Как рубились насмерть два побега одного корня – не по злобе непримиримой, а спасая станицу от большей крови. Так бывает. Такова участь атаманов. Не ты, не я – Бог им судья!

Соколовская пасха

Анатолий Агарков

Такой борьбы, в которой бы

заранее известны были все шансы,

на свете не бывает.

    (В. Ленин)

© Анатолий Агарков, 2018

ISBN 978-5-4490-7196-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Поля совсем оголились. Только в глубоких лощинах да оврагах ещё таились от солнца грязно-ноздристые исхудавшие сугробы, но и те с шуршащими вздохами оседали, холодными струями уходили в землю. А земля была чёрная, бухлая, томно грелась под солнцем и нежила тучное своё тело, нахолодавшее под белыми пуховиками зимы.

Разноголосо лопотала-бурлюкала вода. Толпами звонких мутных ручейков сбегала она со всех сторон и там, на дне оврага, затевала безудержный бунт, а потом сильная, освобождённая от тяжёлых снов и колыбельных песен зимы, с глухим рёвом устремлялась в Черноречку.

Сосновый бор на горе, старый великан, тихо покачивал зелёными кудрями и тянулся к солнцу в голубеющую высь. Сосны беспрестанно тихо гудели – не о той ли воле богатырской, что всё мерещится где-то там, за вешним, ярко играющим горизонтом?

Вязкий суглинок дороги липнул к копытам лошадей, нарастал на них пудовыми ошмётками, отваливался и налипал снова.

Красно-партизанский отряд Константина Богатырёва въезжал в родную Соколовскую станицу и быстро таял на глазах – казаки заворачивали на свои подворья.

Вот и дом отца. Уже многие годы он ничуть не менялся – всё также мощно, кряжисто лезли в глаза рубленные «в лапу» венцы, голубели наличники и ставни, высокие столбы ворот, прямо как часовые на посту, охраняли просторное подворье.

На миг померещилось Константину – вот сейчас откроется, звякнув кольцом, калитка, и выбежит на улицу вихрастый круглолицый мальчуган. Помедлил, пребывая в грёзах, да и повернул коня к дому своего детства.