Бессмертный огонь

Вдали располагалась квадратная беседка с островерхой изогнутой крышей.

Большую часть двора занимал сад камней – ровный чистый песок и аккуратно расставленные камни, как символ суровой, умиротворенной красоты.

Замерев у дорожки, ками еще раз слабо поклонился Эми. Она немного поколебалась, но все же сошла с настила во двор. Приподняв край кимоно, чтобы не задеть гладь песка, Эми пересекла сад и приблизилась к беседке. Ками – как и водяный змей за его спиной – остались на месте.

Эми остановилась у деревянного строения.

Поморгала, чтобы привыкнуть к приятной тени внутри.

За низким столиком, спиной к ней, сидел мужчина, облаченный в прекраснейшие сине-белые одежды. Оттуда ему открывался замечательный вид на берег. Прибой непрестанно бился о непоколебимый камень, бурлил пеной с каждой волной.

Мужчина развернулся, взглянул на Эми темными глазами. Ощущение охватило ее внезапно, словно буря: обжигающее давление чужой магии, покалывающее кожу присутствие могучей силы.

Эми не знала, зачем она здесь. Не знала, каковы его намерения. Но неважно, враг он ей или нет – не оказать уважение амацуками Эми не могла. Она ступила в беседку и, опустившись на колени, низко поклонилась, коснувшись лбом пола. Осознание собственного жалкого вида – со спутанными волосами и в грязном кимоно – лишь усилило ее беззащитность.

– Поднимись, камигакари Кимура.

Она села и, когда амацуками изящным жестом указал ей на подушку напротив себя, осторожно переместилась туда.

Теперь их разделял столик. Эми с легкостью узнала в этом амацуками Цукиёми, которому подвластна водная стихия – просто благодаря безмятежности, что он источал.

– Как ты поживаешь, камигакари?

Голос амацуками, низкий и мягкий, словно песнь ручья, был восхитительно красив, как и его лицо. Черты его оставались гладкими, юными, хоть он и занимал тело своего камигакари на протяжении многих десятилетий. Длинные волосы были убраны в хвост, и пусть лицо Цукиёми оставалось неподвластно возрасту, среди черных прядей виднелись нити серебра.

– Как… я поживаю? – повторила Эми.

– Когда ты прибыла сюда, твоя ки была опасно истощена. – Амацуками потянулся к стоящему у его локтя чайному сервизу и занялся приготовлением напитка. – Восстановила ли ты силы?

– Ох. – Эми сцепила пальцы. – Да, мне стало гораздо лучше. Как… как долго я спала?

Амацуками насыпал чайный порошок в две чашки.

– Несколько дней.