Истребление монстров. Для слабаков

Внутри была мягкая лежанка, несколько игрушечных мышек, лоток, поилка с водой и мисочка с засохшим куриным паштетом. Жертва вампира забилась в угол, глядя на меня зелеными глазищами и распушив хвост так, что он казался вдвое больше.

– Все хорошо, малышка, – проворковала я. – Хочешь поесть? Смотри, какая вкусная штучка. Тебе нужно есть, чтобы скорее поправиться.

Перепуганный котенок враждебно зашипел. Вздохнув, я протолкнула лакомство сквозь прутья, немного отползла и только тогда встала на ноги.

Ветеринар сказал, что кошке требуются отдых и питание, но прошло уже двадцать часов, а она не съела ни крошки.

Не то чтобы я собиралась приютить эту кошку, разве что показать ее ветеринару, раз она выжила. Должен же был хоть кто-то о ней позаботиться. Ветеринар (для которого я выдумала историю о несчастном зверьке, найденном в парке) убедил меня, что у меня дома у котенка больше шансов выжить, чем в приюте… но что было проку от моего ухода, если он отказывался от еды?

Повернувшись к двери, я вздрогнула от неожиданности.

Там, прислонившись к косяку, скрестив руки на груди, стоял Зуилас. На его наруче играл солнечный зайчик.

– Зачем ты попусту тратишь время? – негромко и ехидно спросил он.

Не ответив на его вопрос, я протиснулась мимо него и вышла в самое большое жилое пространство нашей квартиры. Оно тоже было невелико: с одной стороны крохотная кухня с небольшим столом и парой табуреток, а с другой – что-то вроде гостиной с единственным диваном, журнальным столиком и маленьким телевизором на дешевой подставке.

Телевизор был подержанным. Сначала Амалия купила новый, мы настроили его, и кузина строго объяснила Зуиласу, что обращаться с телеком надо осторожно. Не прошло и десяти минут, как он ударил по экрану зазубренным хвостом.

Развлекать скучающего демона было непросто. Он сумел продержаться несколько дней, ничего не делая, но потом терпение кончилось.

А если демон не может и пяти минут посидеть спокойно, это разрушительно.

Он говорил по-английски, но не умел читать. Следовательно, книги не подходили. А экраны Зуилас почему-то ненавидел. Расспросив его, я выяснила, что частота, с которой сменялись кадры, незаметная для человеческого глаза, ему казалась неприятной чехардой. Так что телевидение, фильмы и видеоигры были исключены.