Три мага и «Маргарита»

– Я как раз и хотела, а она…

– Я тебя предупреждала на прошлой неделе, когда ты назвала нашу постоянную клиентку недощипанной индюшкой прямо в лицо…

– Она сама все время обзывала меня анорексичкой! Каждый раз, когда я проходила мимо…

– Я тебя предупреждала, – повторила Бланшар, прерывая мои возражения, – что даю тебе последний шанс. Работаешь ты хорошо, и я прикладывала немало усилий, чтобы как-то сгладить твои… особенности… Но я не могу держать в кафе официантку, которая бросается на клиентов.

– На клиентку, – удрученно пробормотала я. – Всего на одну. Больше этого не повторится, обещаю.

– Прости, Тори.

– Миссис Бланшар, мне очень нужна работа. Пожалуйста, дайте мне еще один шанс.

Она покачала головой.

– Оставь фартук здесь. Чек за последнюю неделю получишь в день выдачи зарплаты.

– Миссис Бланшар…

– Я должна уладить конфликт в обеденном зале. – Она прошла к двери мимо меня. – Выйди, пожалуйста, через черный ход.

Она ушла. Мои плечи поникли. Шум стих – вероятно, менеджер принесла бедной страдалице все мыслимые и немыслимые извинения плюс подарочные сертификаты.

Я старалась не представлять себе лицо этой любительницы курятины, когда она узнает, что бешеную официантку выперли с работы.

– Вот блин… – мрачно заметил Нил. Он подошел ко мне и встал рядом, возле посудомоечной машины. – Очень жаль, Тори. Какое свинство, что она тебя уволила.

– Что ж, – мрачно проговорила я, – вообще-то, ничего удивительного.

Я развязала фартук, выловила из выреза блузки подтаявший кубик льда и бросила его в раковину.

– Э-э-э… Тори… У тебя это… лифчик просвечивает.

– Да, такое случается. Слышал когда-нибудь о конкурсе мокрых футболок? – хмуро огрызнулась я. – Это не значит, что можно пялиться.

Он поспешил отвести глаза от моего декольте.

– Разве под белыми рубашками не белые лифчики носят?

– Так ты у нас эксперт в мире моды? – Не хотелось признавать, что он прав, и объяснять, что все мое белье, которое годится под белую рубашку, уже в стирке.

Я даже не опустила взгляд, чтобы посмотреть, сильно ли виден мой розовый бюстгальтер с черными сердечками. Лучше не знать.

Я выскребла из кармана свои чаевые (жалкие двадцать два доллара – я ведь всего час успела отработать в эту смену) и сунула мокрый фартук Нилу.

– Ну… до встречи, что ли.

– Ага. Заходи, ладно?

– Зайду, – соврала я. Как будто я решусь показаться здесь после того, как избила женщину подносом.