Дорис. Морские рассказы

И поэтому так тупо и спросил:

– Кто это? Чего это Вы мне звоните?

На том конце провода бодро отреагировали:

– Вот это ты спишь! Мы же вчера вечером говорили с тобой, чтобы ты подумал о новом судне. Ну, и что ты надумал?

– Да ничего я ещё не надумал, – Лаврова такая назойливость и настойчивость уже начинали раздражать. Он только никак не мог выбрать форму отказа. Чёртова интеллигентность не позволяли ему послать человека подальше на все те же общеизвестные буквы.

– Так ты думай быстрее. У меня времени не так уж много осталось.

Я же на днях должен уехать. Я же тебе говорил об этом. Надо всё решить до моего отъезда. Давай, приезжай сейчас. Уже конкретно тогда и обговорим все детали.

– Не могу я сейчас. Жена на работе, а она уехала на машине. Не поеду же я к тебе на автобусе.

– А когда сможешь? – перебил его Молчанов.

– После двух часов, когда она вернётся с работы, – Лавров и в самом деле колебался. Ну, не мог он сейчас ответить Андрею на его вопросы конкретно! Уж больно невыгодными для него были такие условия.

Одно только его прельщало. Судно было абсолютно новым.

– Хорошо, – согласился Андрей. – Только обязательно приезжай. Я скажу секретарше. Вахтёр тебя без задержки пропустит.

– Ладно. Я постараюсь, – пообещал Лавров.

На том конце, трубку сразу же положили. Видно, Андрею, да ещё при его должности, было за падло так лебезить с каким-то старшим механиком, хоть и старым знакомым. Вот именно, что старым, которого тридцать лет не видел и абсолютно счастливо жил без него все эти годы.

Лавров примерно так же и подумал про себя.

Но если, он примет это предложение, то Молчанов автоматически становился для него Андреем Ивановичем. Об их знакомстве никто не должен знать. И Лавров, со своей стороны, не должен будет допускать каких-либо фамильярностей. Ведь это будет русский экипаж с известной ему завистью и сплетнями. Но это уже была другая сторона такого соглашения.

Ох, и не хотелось Лаврову принимать это предложение.

Сколько будет всяких условностей, если он примет его! Сколько сразу же возникнет подводных камней! Ведь он будет работать в русском экипаже. А это – зависть, сплетни, пересуды, закладничество, создание всяческих группировок, недовольство начальством и его приказами. И он сразу вспомнил работу в пароходстве. Отвык Лавров от всего этого за последние двенадцать лет.

В иностранных компаниях такого не было. Там всё предельно просто. Задача – одна.