Я обручилась с биатлоном

Где у вас факты?

– Не отпирайся, вас видели! Вы вечером бежали к нашей крепости.

– Мало ли, куда мы бежали. А крепость вашу мы не ломали. Спросите у них, – кивнул он на друзей, – Фунтик, ты ломал крепость?

Вечно улыбчивый Фунтик почувствовал угрозу, мгновенно перестал улыбаться и с показной искренностью замотал головой.

– Нет! Я ничего не ломал…

– Видите, он не ломал… Хомяк тоже не ломал… Может, вашу крепость разломали ребята из соседней школы?

– Врёшь ты всё, Лёнька! – встряла в разговор Таня. – Я вчера слышала, как Хомяк хвастался… Они с Фунтиком уже всей школе рассказали, как "громили бастионы"…

– Заткнись, коза безрогая! – не выдержал Хомяк и замахнулся на Таню.

 – А то как врежу!.. Будешь знать, как подслушивать.

Сделал это он совершенно напрасно. Юрка никому не позволял обижать свою подружку. Он, не раздумывая, ткнул Хомяка кулаком в лицо, и тишина взорвалась. Его "армия" дружно кинулась на обидчиков. Вся накопившаяся на разрушителей обида выплеснулась в этой рукопашной схватке.

Лахтинская компания яростно сопротивлялась, но превосходство было не на их стороне. К тому времени, когда разнимать ребят подбежал физрук со старшеклассниками, им крепко досталось.

Лёньку "обрабатывали" Юрка с Димкой. Хомяка двое пацанов прижали к земле. Не отстававшая от ребят Таня молотила его кулаками и приговаривала:

– Будешь знать, гад, как ломать чужие крепости!..

Тот не сдавался. Крутился, как уж, визжал, царапался и кусался.

Остальные "бэшники" отмахивались от нападавших и делали слабые попытки вырваться и убежать.

Только Фунтик уже совсем не сопротивлялся и, закрыв голову руками, громко навзрыд плакал.

Старшеклассники растащили дерущихся в разные стороны. Лёнька, почувствовав себя вне опасности, повернулся к обидчикам и злобно пригрозил.

– Ещё сочтемся!.. Ломал ваши крепости и ломать буду!

Об этой драке узнал весь город. В дело защиты сына вступил Лёнькин отец. Чиновник торговой сети повёл себя очень напористо. Для начала Лахтин старший прибыл в школу и устроил разнос директору.

Он защищал сына очень громко. Его рёв был слышен на всём этаже.

Кричал, что в школе командуют не учителя и директор, а ученики– хулиганы… Голодранцы установили здесь свои порядки… Это не школа, а тюремная зона… ГУЛАГ… Голытьба и безотцовщина среди белого дня избивает ребятишек из "благополучных" семей… И он этого так не оставит.

Он действительно "не оставил" и поднял большой шум. Районные чиновники от образования плотно насели на школу.