Дорога домой

Состоялся обмен рукопожатиями, холодными улыбками, затем последовало перебрасывание цветов из одних рук в другие, взмахи дирижерской палочкой, второй гимн со стоянием навытяжку гостей и хозяев, и, наконец, торопливый отъезд на черных лимузинах – делегации гостей, эскорта, охраны, а также сопровождающего председателя правительства собственного журналистского стада, которому очень хотелось быть хотя бы стаей, и всякой иной технической мелкоты.

Председатель прежде, чем раствориться в пещерном сумраке салона лимузина, успел быстро пробежать настороженным взглядом по лицам посольских работников и недовольно вскинуть бровь оттого, что не нашел среди них Никиты Матвеевича Зеломудрова.

Гулякин уловил момент и шепнул председателю:

– Я за него пока. Ждет у себя. Есть некоторые обстоятельства. Он сам всё объяснит.

Но председатель не нуждался в объяснении. Он ведь был одним из самых деятельных участников того самого заговора, о котором тайно шумела вся страна, и теперь сразу определил место в нем Зеломудрова и людей, стоящих за ним, рядом с ним и около него.

Председатель внутренне вздрогнул, по его полной спине прокатился холодок. Не знак ли ему подан? Мол, остановись пока не поздно! Советская номенклатура всегда обладала набором таких тайных знаков, которые и не снились самым загадочным, самым тайным сообществам, ложам и племенам. Усвоивший эти знаки, эти шифрованные намеки мог без последствий для себя отказаться от обычной человеческой речи, настолько они были полны информацией: наподобие иероглифов, обозначающих не буквы и даже не слова или фразы, а целые понятия и, более того – яркие эмоциональные полотна. Видимо, поэтому истинно советский, а ныне российский, номенклатурный работник высокого ранга выглядит нередко окаменевшим изваянием египетского фараона, либо спящим Буддой. Ему не нужны слова! Он ВИДИТ сквозь них и сквозь нас…

Председатель относил себя именно к таким персонам и поэтому, надо заметить, весьма близко к истине понял отсутствие товарища Зеломудрова в начале красной ковровой дорожки в аэропорту.

На Гулякина обратили особое внимание сопровождающие председателя лица, и в первую очередь – начальник охраны главы советского правительства, полковник Владимир Викторович Ведомственный. Заметим, что его странная фамилия образовалась не из истории чиновничьей жизни его предков, так как таковых он никогда не знал. И еще добавим, что был он из детдомовских, причем из такого места, где всем питомцам давались подобные фамилии.