Кондас

Постоял у дверей двухэтажного дома, подошел к балкону. В то время Пелагея жила у Афанасии (свои были проблемы), она выглянула с балкона и узнала в этом дряхлом старике с большой седой бородой Иосифа. Она перекрестилась, ещё присмотрелась к нему и пошла к сестрёнке: «Сестра! Погляди ка: под балконом на лавке уж ни Иосиф ли сидит?» «Сидит и пусть сидит! Отдохнёт и уйдёт, туда ему и дорога!» Пелагея ещё раз убедилась в твёрдом характере сестры: не захочет, не заставишь!

После того, как вернулись родители от Пелагеи, спросили об Иосифе, дочь всё без утайки рассказала им.

«Как же ты теперь будешь, доченька?» – спросила маменька. «Как жили, так и будем жить, не расстраивайтесь! А простить его не могу: всё в сердце перегорело!» Вдруг она схватилась за живот, присела со слезами на глазах: вот они эти горькие слёзы только сейчас излились. А маменька поняла, что пора идти за повитухой, отослала Семёна за ней, а сама приготовила чистые полотняные полотенца, поставила на печь кипятиться корчаги с водой. Семён и повитуха пришли быстро: отец так любил и жалел свою дочь, что с Портянки в деревню бежал бегом, по пути зашел к крёстному Афанасии Валентину, у того были розвальни, молодая лошадь. Кум запряг лошадь, Семён поехал за повитухой. Она оказалась дома, быстро собралась и они поехали в розвальнях к Семёну. Дома уже криком кричала Афанасия, вода согрелась, всё было готово к приходу новой жизни. Повитуха помыла руки и Семёна попросила выйти из горницы: «Негоже мужику тут находиться! Если понадобишься – позову!» Афанасия лежала на широкой лавке, слушалась повитуху, та говорила ей, что надо делать, когда дышать, когда замереть и тужиться. Роды оказались скоротечными, хоть и были первыми и, как оказалось впоследствии, последними в жизни Афанасии. Семён из сеней услышал крик ребёнка, перекрестился и приоткрыл дверь. «Внучка у тебя родилась, Семён! Поздравляю! Хорошая, здоровенькая девочка, доношенная!» Семён положил в туес куриных яиц, взял полную крынку сметаны, чтобы отблагодарить повитуху. «Теперь растите, помогайте Афанасии, знаю, что она одна осталась, очень сожалею – лишние руки в доме всегда нужны, да что же поделаешь, судьба у твоей дочки такая». Она сказала «спасибо» за гостинцы и Семён повёз её домой, на обратном пути завёз куму лошадь, поздравил с внучкой.