Кондас

На ногу наложили гипс, с такой травмой Евгения могла только преподавать теорию. Как жаль, что её двоюродный брат Николай был отправлен с одной из первых групп радистов и уже был на линии фронта и успешно держал связь с командованием. Он мог бы ей помочь. Но Евгения – девушка сильная, выносливая, через две недели её свозили на рентген: нога срасталась нормально, уже начала образовываться «мозоль» из хряща в месте перелома. Пережив все неприятности и боль, Евгения, выздоровев, снова начала практические занятия с очередной группой радистов.

Она работала на обучении парашютистов до конца войны. За усердие её награждали почётными грамотами, объявляли благодарности от Военкома. Главное было то, что у неё на руках был паспорт, и она после войны могла устроиться на работу в Березниках. Грамотных после войны было мало, ей предложили руководить Жилищно-коммунальным хозяйством города. Это была очень трудная работа, требовала знаний в разных областях, но Евгения много читала, изучала проекты жилых домов, чтобы штат ЖКХ мог правильно устранить какую-либо неполадку. В её руках была большая власть, но воспитание не позволяло ей пользоваться этой властью. Она получила комнату в коммунальной трёхкомнатной квартире, перевезла к себе Афанасию.

Пелагея дождалась с войны своего старшенького Николая: как ни странно, но он пришел без ранений, совершенно здоровый. Но он всё оставался колхозником, из документов у него была только красноармейская книжка, он ходил по разным организациям, искал в городе работу.

Встретил случайно друга, который тоже родился в Ощепково, фамилия у него была, как и у большинства жителей этой деревни: Бабины, была ещё одна фамилия, Малинины, потому что у меня все самые ближние и дальние родственники были Бабины, не ошибёшься. Николаю друг предложил пойти в пожарное депо. Там был набор нового состава пожарных: многие не вернулись с фронта, некоторые приехали кто без руки, кто без ног, они уже не могли работать по своей довоенной специальности, пожарные расчёты были не полными, а пожары случались часто, ведь город «первой пятилетки» начинался с деревянных домов, бараков и времянок. Побеседовав с Николаем, начальник пожарной охраны решил, что Николай – находка для пожарного депо. Николай был очень красивым, широкоплечим, высоким, сильным мужчиной. Он по физическим данным подходил для работы пожарным, как никто.