От древних греков до наших дней

Больше того, Ясон сумел приглянуться тамошнему царю и тот дал согласие на его брак со своей дочерью.

А Медея? Ей-то куда деваться? Она же любит Ясона! И пусть это несколько странная любовь – болезненно ревнивая, страстная до безумия – но уж какая есть. Ясон не должен её бросать! Однако…

От любви до ненависти один шаг. Даже если сердце твоё поражено стрелой Эрота. Кстати, Ясон подобной участи избежал и, может, в этом всё и дело. Не исключено, что он вовсе и не любил Медею, а просто был благодарен ей за помощь.

Но благодарность благодарностью, а жизнь не стоит на месте… Попробуй, объясни это сумасбродной волшебнице, к тому же ещё и внучке лучезарного Гелиоса!

И возненавидела Медея своего вчерашнего возлюбленного всей душой. Знакомая ситуация, не правда ли? Но глубину её ненависти Ясону ещё только предстояло узнать.

У Медеи возник план мщения, согласно которому её месть будет не просто страшной, а изысканно чудовищной.

Ясон будет не просто страдать, а кричать от боли, рвать на себе волосы и рыдать от бессилия. Удар будет нанесён в самое уязвимое место – по их совместным детям. Но прежде будут убиты те, кто их приютил – царь Коринфа и его дочь…

Всё так и случилось. Медея была ужасна. Словно сам дьявол вселился в неё. И когда всё было кончено, она призвала Ясона… Показала тела малышей, лежащие у её ног в воздушной колеснице… Сверкнула очами и скрылась в лазурной вышине.

А Ясон остался. Один.

Нигде не находил себе места великий герой. Долго скитался. Единственное, что у него осталось – воспоминания. И сожаления. Особенно одно: лучше б они тогда пали в неравном бою с колхидцами. То была бы славная смерть! А он смалодушничал. Хотел власти над Иолком? Но он её так и не получил. Выходит, все его великие подвиги перечёркнуты одним неблаговидным поступком? Справедливо ли это?

Видимо, да. Репутация – ноша тяжёлая…

Конец его был печален.

В своих скитаниях набрёл однажды на полуразвалившийся «Арго», прилёг на песок в тени старого друга и уснул. Корма отвалилась и похоронила героя. «Арго» сжалился над своим кумиром и прекратил его мучения. Раз и навсегда.

Эжен Делакруа. «Медея». 1862г.

Калидонская охота

Сквозь густые заросли терновника ничего не было видно. Мелеагр, сын Ойнея, царя Калидона, поднял тяжёлое копьё.