Каждый твой вдох…

Да я бы и не смогла ей солгать! Её неподдельная детская искренность буквально околдовала меня, я пребывала в странном «откровенном» состоянии.

Она думала. Ходила из стороны в сторону и сильно думала. Сурово сдвинув брови, плотно сжав губы и подперев рукой подбородок. Мне было и смешно и тревожно. Мой разум всё больше и больше просыпался, он требовал объяснений. В голове мелькали короткие и быстрые как кометы мысли. Одна безумнее другой. Я не успевала их там рассмотреть и стала ловить за хвосты и вытаскивать на свет:

– Ветер… Звёзды… Крылья… Можно было предположить.

Конечно. Всё туда и шло. Ну, здравствуй, мой новый маленький друг!

– Привет! – бросает она вполоборота, не прерывая глубоких размышлений.

– Ты же мне снишься, правда? Я всё ещё сплю. Надо просто сделать усилие… и проснуться.

– Проснуться, – бубнит она себе под нос, – Как будто это так просто…

– А может воображение?

– А что ты знаешь про Воображение, КтоТы? – заинтересовалась она.

– Игра, ставшая реальностью?

– Как в кино?

– Кино? А может я просто спятила, а ты – моя первая галлюцинация? – это было самое жуткое и самое последнее объяснение.

Я ждала, что она станет меня разубеждать.

– Ничего нельзя исключать, – деловито бросила она, явно думая о своём, – Может – спишь, а может – спятила, а может и то, и другое одновременно. Я знаю такие случаи.

Успокоила. Меня такой вариант ничуть не устраивал, это я от отчаяния ляпнула. Есть и другие, и даже более правдоподобные версии:

– А может?…

Но она решительно остановила меня выставленной вперёд рукой:

– Моя очередь.

Мои брови поползли вверх:

– Интересно послушать…

– Шутки в сторону. Давай рассуждать по порядку. Ты видишь меня, но крыльев моих не видишь. Слепые вообще ничего не видят, они буквально спят на ходу. Значит, ты уже не спишь, но окончательно ещё не прозрела. Аномалия! – Она подошла поближе, ни дать ни взять – маленький доктор, диагностирующий пациента, – А чего ещё ты не видишь, КтоТы?

– Откуда я знаю, я ж не вижу того, чего я не вижу…

– Логично.

Давай проверим. Меня видишь, крылья мои – не видишь… Стол видишь? – она была очень серьёзна, а мне вдруг сделалось смешно. Надо полагать, что это от нервов.

– Вижу.

– Людей видишь?

– Здесь нет никого.

– То есть вообще видишь?

– Да.

– Детей видишь? – она явно подозревала меня в чём-то. То есть сама болезнь была для неё очевидна, но вот стадия или степень поражения была пока под вопросом.

– Само собой.