Вопреки разуму

–Как прошли гонки? – спросила Нина, она была далека от ночных и вечерних прогулок Макса, от его друзей. Нина даже представить себе не могла, сколько соблазнов у Макса, сколько каждый день к нему льнут такие, как Леночка сегодня. И сколько раз он не отказывался.

–Замечательно,– Максим потрепал жену за ушко.

–Ты победил?

–Конечно. Кстати, Марина с Антоном передавали тебе привет.

–Спасибо.

Максим скрылся в душе, чтобы смыть пыль и брызги шампанского. Потом вышел из душа и плюхнулся на диван.

–Света спит?

–Спит,– шепотом ответила Нина.

Она смотрела на дверной проем зала. Там стоял, прячась за косяком, и наблюдал за отцом Эдик.

Максим проследил за ее взглядом.

–Эдик, ты почему не спишь? – строго спросил Макс у сына.

–Ты такой красивый,– Эдик засмущался. Ему нравилось смотреть на отца, чувствовать в нем силу и победителя. Мальчику нравился шлем отца. Максим был для него гордостью. После душа на лбу Макса блестели капельки воды.

–Эдька, времени же много, иди спать.

–А ты победил?

–Победил!

Эдик радостно повернулся и, шлепая босыми ногами, побежал в свою комнату.

Максим прошел в комнату Светы и склонил над кроваткой ребенка. Девочка должна была спать, но словно почувствовав, что кто-то рядом, открыла глаза и слегка улыбнулась. Он старался не дышать на нее парами алкоголя, и все равно улыбнулся и подмигнул.

У них долго не было с Ниной общих детей. Потому что Нина решила, что Эдик должен подрасти. Максим согласился. Известие о беременности Нины, совпало с бурным романом Макса и Вики.

Максим хотел ребенка, ему нравилось прислушиваться к шевелению ребенка, рассматривать детские фотографии, ему нравилось заботиться о Нине. Но была Вика. И временами ему было все равно. Пропадал интерес. Иногда Максим ужасался этого. Он знал, что это – свинство.

В роддом к Нине он ехал спокойно. Нина сияла, бросаясь к нему на шею и показывая девочку, а дома при обязательном семейном просмотре он вдруг заметил, что ушки у дочери такие же, как у него. Он не поверил глазам и дотронулся до головы девочки.

Так и есть. Такие же ушки как у него. Она была его копией. Даже у Эдика не было такой похожести. В носу защипало, и он понял, что любит ее, что хорошо, что у него есть эта малышка. Она еще не умеет улыбаться, но он почувствовал, что дочка будет его частью, его радостью и гордостью. Максим улыбнулся по-настоящему счастливой улыбкой и назвал ее Светой, от слова «Свет». Нина не сопротивлялась.

Максим оторвался от своих воспоминаний.