Моя трудовая книжка. Сборник рассказов

– Я не смогу доктору помогать.

– Это почему еще? – опешил замполит.

– Я латыни не знаю, – отчеканил Шурик.

По шеренгам пробежала волна еле сдерживаемого смеха. Пятак побагровел.

– Шутки вздумал со мной шутить?! В нарядах сгною, гаденыш!!! Выйти из строя!!!, – завизжал Пятак, брызгая слюной, – марш доктору помогать! Да без фокусов там у меня!

Шурик показно выпучил и без того большие глаза, изображая собой карикатуру служебного рвения, по-строевому, вытягивая носочек и чеканя шаг, вышел из строя, подошел к Ивынычу, приложил правую расправленную ладонь к бескозырке и, что есть мочи, прокричал в его небритое лицо:

– Товарищ доктор, курсант Радеев прибыл в Ваше распоряжение по приказу капитана третьего ранга Пятака!

Замполит грязно выругался.

Формально придраться было не к чему. Все было по уставу. Только вот волны смеха в шеренга стали явно заметнее…

Ну ладно, Иваныч, забирай этих клоунов. Если хоть один сачковать вздумает, вечером мне доложишь, под арест отправлю сразу, всех четверых… – затем, уже повернувшись к голове строя, – Старшина первой статьи, остальных в Ленинскую комнату, учить устав.

Наизусть. От корки до корки. Вечером проверю лично.

Старшина увел взвод. Замполит засеменил в сторону камбуза. Мы остались на плацу с доктором. В Приморье стояло бабье лето. Не по-осеннему яркое солнце, висящее над восточной сопкой, эффектно высвечивало лиственный красно – желтый на поросшем смешанной тайгой, хвойно – зеленом западном склоне глубокой котловины, приютившей нашу военную часть.

Иваныч достал папиросу, зажег спичку, выпустил облако едкого дыма, поднял свой чемодан, и, не слова не говоря, отправился в противоположную от нашего мед пункта сторону. Мы молча двинулись за ним. Прошли через плац, спустились по асфальтированной дорожке вдоль нижнего забора, прошли мимо гаража, мимо дощатого сарая, служившего нам казармой. За сараем из построек части оставались только баня и свинарник.

– Куда же ведет нас этот странный доктор? – изрек я риторический вопрос, – В баню что ли? Зачем?…

Но баня тоже осталась позади.

Мы подходили к свинарнику.      Доктор уверенным движением открыл дверь, включил свет. Три маленькие тускло-желтых лампочки превратили темноту в полумрак. Внутри было сыро и серо. Очень неприятно пахло. Из нескольких пустых ящиков Иваныч быстро соорудил у стены некое подобие стола. Похоже, он хорошо ориентировался в этом грустном пространстве.