Терроризм. Все, что вы хотели знать, но стеснялись спросить

Ради текущих интересов политики легко ставят знак равенства между террористами «Аль-Каиды» или «Исламского государства» и обычными представителями и членами мусульманского сообщества. В одних случаях это дает возможность правым политикам получать дополнительные политические баллы на выборах, которые мы можем видеть на примере популистов из «Альтернативы для Германии» и Датской народной партии или консерваторов из Австрийской народной партии. В других – это служит причиной искривленного восприятия реальности населением европейских стран.

Так, по результатам социологического исследования The Perils of Perception in 2016, жители европейских стран существенным образом завышают количество мусульман среди своего населения. Например, французы считают, что мусульмане составляют 31% населения страны (на самом деле – 7,5), итальянцы – 20 (на самом деле – 3,7), шведы – 17 (на самом деле – 4,6), датчане – 15% (на самом деле – 4,1). Поляки считают, что в стране проживают 2,6 млн мусульман, хотя на самом деле в Польше всего лишь 35 тыс. чел., исповедующих ислам. Как и с примерами двух предыдущих стереотипов, стереотип о ключевой роли джихадистов в совершении террористических актов в Европе отрицает статистика. В 2016-м, по данным международной открытой базы террористических атак The Global Terrorism Database, в Западной Европе было совершено 269 терактов. На джихадистов или сторонников террористической организации «Исламское государство» приходится 27 атак. Это только 10% от общего количества терактов в регионе. Больше терактов совершили организации, связанные с ирландским республиканским движением, или его противники – 30 атак (11%). Но еще больше терактов приходится на правых и левых террористов. Вообще сторонники правых (17 терактов – 6%) и левых (29 – 11%) радикальных взглядов совершили почти 17% терактов в регионе. Наиболее активными оказались анархисты. С ними связывают 22 атаки. Итак, в совокупности политические террористы ответственны за 28% терактов в Европе против 10% джихадистов или связанных с ними. Значит, проблема политического терроризма для Европы ныне не менее актуальна, чем в 1970-е. Но почему-то именно джихадисты стали воплощением террористической угрозы в Европе. Интересно, что в распространении стереотипа об «исламском лице терроризма» заинтересованы не только правые популисты, но и сами террористы.