Сила любви. Повести, рассказы и сказки

– Можно заодно и збацать что ни будь старенькое, – говорила она, торопясь к выходу, – так как в стену стучать сегодня некому!

Ольга была из тех девушек, у которых в жизни всё хорошо. Коренная москвичка из небедной семьи. У родителей большая квартира в центре. Очень талантливая, но при этом не избалованная, она увлекалась всем на свете, но больше всего музыкой. Никогда не зазнававшаяся перед сверстниками она всем без исключения была лучшей подругой. Одна из немногих сокурсников, у кого имелась своя собственная домашняя музыкальная студия с полным набором инструментов.

В гости сходить к Ольге были готовы с удовольствием многие, поэтому Пьер и Боб были исключительно рады такому приглашению.

– Ну не томи, – сказал Боб, когда они, налопавшись салатов и бутербродов, развалились по креслам и диванам в роскошной гостиной.

– Вот! – Ольга показала на листок с каракулями. – В одной из старых книг, я обнаружила множество этих знаков, и как оказалось это вовсе не знаки и не иероглифы. Это крюки – нотные знаки древнерусского знаменного пения.

– Я помню, их ещё называли знамёна, – сказал Пьер, – нам показывали их как-то, но на картинке не они.

– Молодчина! – похвалила Ольга. – Я тоже вспомнила их, когда наткнулась на ту книгу. Но я просто пролистала её и отложила. А после, мне попалась на глаза совсем уж старая инкунабула, в которой ничего уже не разобрать. Но вот пара страниц оказалась читаема. Представьте, как я удивилась, увидев похожие на крюки знаки!

– Где же ты видела всё это добро? – спросил Боб, – в нашей библиотеке уж точно этого нет.

– В РГБ, – покраснела Ольга, – папа постарался. – Но я там давно записана, просто в хранилища не пускали…

– Да ладно тебе, мы же только рады за тебя. Не каждому такое счастье.

– Спасибо вам. Ну вот, вижу я знаки и картинка рядом. Охранник отвернулся, я и успела щёлкнуть телефоном. Хорошо, что на беззвучке и без вспышки.

– Что же тут необычного? – спросил Пьер.

– А то, что крюки или знамена – это русские знаки.

А эта огромная инкунабула на латыни, – от волнения она едва удерживала нить своей мысли. – Сфоткала я машинально, а сообразила уже позже, что это невмы – так называемые ноты, которые использовались в Византии, Европе и в Армении. Очень похожи на наши крюки, но всё же отличаются.

– Что же тебя так взволновало? – Боб поставил чашку из-под кофе на стол, и вопросительно взглянул на Ольгу.

– Здесь записана мелодия, поэтому я и обратила внимание на картинку рядом.