Призраки Петрограда 1922—1923 гг. Криминальная драма. Детектив

 – А так, сам из Петрограда.

– Это как? – И масло тонкой струйкой стекало по мясистому скошенному подбородку, по накрашенным карминовым губам.

– В Тихвине родился – здесь живу, – мрачно ответил Ленька.

– Хм. Живешь? А чем занимаешься? Штык, небось.

– Ну да, с транспортной ВЧК, – пояснил Варшулевич.

– То-то чуйка. У меня на вашего брата глаз наметан.

Монька раскраснелась еще больше, выпив сразу водочки с игристым.

Монька Клопп, как она себя любила называть – фрау Клопп, на самом деле была родом из местечка Гунгербург, что на границе с Нарвой.

После продразверстки перебралась в Петроград. Занималась проституцией, теперь держала интересное заведение рядом с площадью Лассаля.

– Фрау очень богата, – шепнул Пантелкину Дед.

– И что с того?

– А то, что она тебе помочь в любом вопросе может… У нее самый престижный «Домъ» в Петрограде, ее знают все.

– Знают все – знает и свинья.

В бельэтаже фрау Клопп располагалась шикарная двухуровневая мастерская по пошиву модной одежды для богатеньких дам и господ.

На втором этаже, сразу за примерочными, следовал каминный зал и три комнаты для рекреаций. Там засидевшиеся, скучающие модистки могли скоротать не только вечер свой собственный, но и щедрому господину. В отдельных комнатах были кровать с канделябрами, тумбочки, бар, и в каждой – красный абажур, визитная карточка модистки.

Все это тщательно конспирировалось под незатейливой вывеской «Модный домъ». В ее заведении постоянно наведывались: служащие госбанков и партаппарата, инженеры производств, судостроители, нэпмановские сынки, приезжие мануфактурщики да сословные ростовщики, иностранцы, знаменитые актеры и музыканты.

– Да, у меня лучшее заведение в Петрограде, – сказала, чокаясь, фрау. – В общем, публика у меня разносольная, но элитная! – раздумывала Монька, чем бы еще похвалиться.

«Я хозяйка, у меня порядок и тишина. Деньги льются рекой. В жизни я много что повидала, хоть завтра ложись да помирай, – бродили тупые мысли в ее голове, а тело разобрала пьяная отрыжка.

 – И проблем вроде нет. Точнее, одна проблема все же есть».

– Без мужика – жизнь не та! – И она с любопытством стала осматривать присутствующий мужской состав.

«Ну, Дед в расчет не пойдет – он мне как отец. Инцест претит. Так, этот сивый, – смотрела она на Варшулевича, – с ним сдохнешь со скуки. Вон те мазурики. – Она глянула в сторону Басса и Гаврикова: – Ну просто пьянчуги! Эх, стоящего бы найти.