Идолы и птицы

Начиная с пальцев ног, ступней, через голень и бедро я постепенно расслабил ноги аж до самых ягодиц. Расслабил до такой степени, что границы, такие мне дорогие и очерчивающие контуры нижней части моего тела, начали слегка размываться, погружая в приятное тепло. Эта спонтанная процедура возымела у тела весьма одобрительный эффект, а потому я с радостью продолжил то же самое с руками, туловищем, шеей и лицом. Приятное тепло разлилось по всему телу, только в области лба ощущения почему-то были иными. Как от ментоловой конфетки, и непонятно, холодок это был или что-то другое.

Мое дыхание выравнивалось и углублялось, биение сердца становилось мягким и тихим. Я чувствовал притяжение, с которым планета тянет к кровати каждое волокно моих мускулов, и в то же время как согревающее тепло продолжает расслабление моего организма с каждым выдохом. Так продолжалось некоторое время. Дыхание все глубже и глубже погружало в приятную мягкость, а границы меня и «не меня» медленно размывались.

Перестала ощущаться разница того, где ещё я, а где уже нет, после чего я перешел в глубокий сон. В сон, поразивший меня своими красками и добротой сюжета. Я в нем летал, плавал под водой не задыхаясь, посещал удивительные по красоте места и общался с множеством невнятных персонажей. Все существа из сновидения имели одну общую черту – они были очень положительными героями сна. И мы все дружно помогали друг другу, что-то вместе делали или приятно отдыхали до самого утра, открыто и бескорыстно, в ярком и красочном мире.

* * *

В утро нового дня передалось очень приятное послевкусие от ночного просмотра. И это начинало входить в привычку. Сны обычно забываются, оттого я, наверное, и не могу рассказать самого сюжета, но образы и полученные впечатления были значимыми и остались в памяти надолго.

Не забывая о вечерних планах, я сбегал за новой порцией утренних газет. Тратить время на проверку в сети было бессмысленно в силу особенности у виртуальной реальности быть активной в вечернее и ночное время.

Утренние часы для электронных посиду?шек – не самое благоприятное время.

– С тобой определенно что-то непонятное творится, – сказала мама, пытаясь всмотреться в мое лицо. – Что-то странное, тебя на местную прессу потянуло, и ещё до завтрака?

– Это всё жар-птица, мам, не переживай, – ответил я, загадочно улыбаясь. – Я ещё из этих газет сейчас буду огромные самолетики делать и пускать с крыши.