Счастливые и несчастные (сборник)

– Ты негодяй! Весь вечер пошел насмарку! Зачем посадил этого подонка?! Ведь предупреждал – никого не сажай… И Камилла хороша… – он уронил голову и чуть не расплакался от сознания, что потерпел полный крах.

Когда мы вернулись, Сашка галантно распрощался, поцеловав руки нашим дамочкам, меня хлопнул по плечу, а перед братом извинился:

– Простите, если сказал что-то не так. У меня бездна недостатков, но, поверьте, совершенно не хотел вас обидеть. Я сильнейшим образом уважаю всех Ленькиных друзей.

Через два дня я встретил его в клубе.

– Этот твой родственничек – полный идиот, – начал он, после того как обнял меня и разлил водку, – трясется над бабами, которые в общем-то так себе… Когда вы с ним отошли, обе сунули свои телефоны. Я не просил, сами дали… Этой самой Камилле я позвонил, она сразу: «Здравствуй, дорогой». Я говорю: «Хочу с тобой встретиться». «Я тоже», – отвечает. «Хочешь, – говорю, – сразу приезжай ко мне, или пойдем в ресторан». «Как ты хочешь, дружочек», – говорит.

Короче, она приехала и показала чудеса секса. А сегодня с утра и эта Маша приезжала, показала стриптиз.

Тёплый летний вечер

Они сидели в открытом кафе в тени деревьев. Вечернее солнце просеивалось сквозь листву, и на их столе дрожали желтые пятна, а на стаканах и бутылке вина сверкали блики. Они сидели напротив друг друга, двое мужчин среднего возраста, двое друзей.

– Такой прекрасный вечер, а на душе тягостно, – проговорил Виктор, нервно теребя сигарету.

 – Последнее время я сам не свой. На работе все раздражает, сослуживцы уже избегают со мной общаться.

– Хм, что ж ты хочешь, – усмехнулся Игорь. – Тебя действительно последнее время не узнать. Что случилось, чего ты расклеился?

– Да дома как-то все неладно. Скажу тебе откровенно – по-моему, Вера разлюбила меня.

– Ну уж! Не преувеличивай! Ты умеешь накручивать себя.

– Эх, Игорь, если бы! Ты, конечно, многое обо мне знаешь, но не все. Клянусь тебе, не все… Мы ведь с Верой прожили почти десять лет.

Многие считали, да и сейчас считают, нас счастливой парой. Со стороны, наверно, так оно и есть. На самом деле у нас уже давно все нехорошо. Сейчас попросту плохо. Ты мой друг, я только тебе могу открыть душу, послушаешь?

– Ну что ты спрашиваешь?

– В общем… Как ты знаешь, мы познакомились еще в институте. Ей было двадцать лет, мне на три года больше. Я помню, когда первый раз увидел ее.