Сквозь вещий шум дубрав

Яркие, сочные поэтические детали нижутся друг на друга, переплетаются, множатся, рождая живую и трепетную ткань стиха и являя взгляду изумленного читателя то распахнувшуюся дремучую еловую чащу, то заросший медвяными травами луг, то родную, неоглядную, блистающую Оку, то непостижимое в своих вечных переменах озеро:

И слипались стрекозы, повыгнув тела нитяные.

И росла, и струилась озерной травы борода.

Запрокинувши головы, плыли цветы водяные

И поили округу прохладой с осколками черного льда.

Задохнуться от счастья не дай мне, о память, дай роздых!

Там лисой уходило закатное солнце в леса.

Там ложились стрижи с тонким криком на розовый воздух,

И в руках рыбаков напрягалась и пела леса.

Читаешь – и дух захватывает. Казалось бы – все – куда уж больше! Стихотворение вот-вот должно закончиться. Это пик, кульминация лирического чувства. Но стихотворение длится, детали нижутся одна на другую, картина выписывается вдумчиво и тщательно. И вдруг – возникает острое, пронзительное:

Помню запах осоки и жирного ила на стеблях,

Плеск в тумане невидимой серой, зернистой воды.

Дед с отцом из палатки ныряли в рассветные дебри,

Где, руками закрывшись, от холода плачут цветы.

В тот момент, когда я прочитала об этих цветах, плачущих от холода – я поняла, что Марина Котова принадлежит к числу тех поэтов, которые меня в русской поэзии безусловно интересуют. Какая удивительная, редкая красота, какое живое, яркое, волнующее восприятие мира! И вот ведь что еще: при всей эпической широте и неспешности, при всей явной длине – стихи не затянуты! Все в этом стихотворении писалось именно для того, чтобы вынырнули из сознания, выплыли, вылепились, наконец-таки сказались эти плачущие от холода цветы!

В куда большей мере, чем русскую классическую прозу, истоком стихов Марины Котовой можно назвать русскую пейзажную живопись и русскую природу.

Собственно, все творчество Котовой является последовательным отстаиванием права поэта на пейзаж. Не на картины природы, служащие фоном для лирических человеческих переживаний, не на лирические зарисовки, служащие фоном для ищущей человеческой философской мысли, как это чаще всего бывает у других поэтов – вот именно на пейзаж как таковой. Художник слова, работающий в жанре пейзажа, по сути, Марина Котова в стихах делает то же, что делали в живописи лучшие русские пейзажисты – Саврасов, Поленов, Левитан, Куинджи, Федотов, Нестеров, Кустодиев, Борисов-Мусатов, Якунчикова.