Не держи на него зла (сборник)

– Нет, нет, сударыня, – сосед, наконец, справился со своими сомнениями и решительным жестом пригласил меня войти. – Вы меня не так поняли. Самая лучшая закуска – это душевный разговор.

Сосед сунул коробку с конфетами в глубокое декольте растянутой майки и снова вытянул обе руки, приглашая меня войти.

Я иду за соседом по полутемному, забитому хламом, коридору.

Сосед – невысокий, но широкий в плечах, идет впереди меня пружинящей походкой. На его смуглой спине, под правой проймой майки, я вижу глубокий шрам, похожий на след от ножа.

Дверь на кухню заменяла мятая ситцевая занавеска в мелкий цветочек.

И вот я сижу за столом, на странной кухне, где время будто остановилось. Словно кухню поместили в специальные магнитные рамки, где время не текло вспять, но и не двигалось вперед. Секундная стрелка круглых настенных часов вздрагивала, изгибалась, пытаясь шагнуть вперед, но оставалась на месте. Щёлк, щёлк, щёлк…

Сосед в легкой растерянности хозяйничает на кухне.

Видно, что он отвык принимать гостей. Он одну за другой открывает дверцы полок, заглядывает внутрь, привстав на цыпочки. Достает две тарелки и ставит передо мной.

Покончив с «сервировкой» стола, сосед уселся напротив меня и нервно закурил, упираясь локтем в широкий подоконник.

Именно таким я чаще всего и вижу соседа, когда иду домой.

Он часами сидит возле окна на втором этаже, с сигаретой в руке, и встревоженно окликает каждого случайного прохожего.

Мол, не слышали, какая сегодня погода? Дождь будет? А как сыграл «Спартак»?

Но, особенно, сосед любит разговаривать со старушками, что часто сидят у подъезда. Подкрадется к ним «на мягких лапах», сядет скромно с краешка скамейки. Поддакивает междометиями.

Бабульки и сами не замечают, что он уже живет в их разговоре, как полноценный собеседник. А вскоре – и единоличный. Остановиться сосед не может и продолжает говорить, когда все уже молчат, торопясь, срываясь на фальцет, услужливо неся, сумки бабулек до лифта.

Остальные жильцы дома не балуют его своим терпением. Сбегают при первой возможности. «А… а, этот, – говорят они про него, сделав многозначительную паузу, – сдвинутый» и спешно прячут глаза.

В любом обществе есть такая категория неудобных людей, рядом с которыми, испытываешь какую-то трусливую неловкость.