Не держи на него зла (сборник)

– Блаженная, давай к нам, – сказал Володя. – Подними руки.

И протянул ей свои. Перед глазами Блаженки в настойчивом ожидании повисли короткие пальцы обеих рук, забинтованные до запястья.

Блаженка вздрогнула, побледнела, но тут же устыдилась своего брезгливого страха. И решительно протянула Володе свои слабые тонкие руки.

Тот одним махом втянул Блаженку на дикую сливу. Так пылесос втягивает носок, забытый под кроватью.

Володя потерял фаланги пальцев на обеих руках на работе, в штамповочном прессе.

Потом потерял жену. Она не смогла видеть и бинтовать каждый день его кровоточащие культяпки.

Но Володя не раскис. Пока был дома на больничном, схватил свободную турпутёвку и уехал.

Здесь в ущелье, вдали от людей, Володя подружился с Андреем. Они были одного возраста, но – два антипода. Андрей был серьезный мужчина, в очках. Высокий и худой. В группе у него сразу появилась кличка: «Профессор» Володя был простецкий мужик: полный, медлительный, балагур и заводила.

Андрей делал Володе утренние перевязки рук, предварительно сняв очки. Наверно, из-за плохого зрения, жуткие культяпки пальцев не шокировали его, как бывшую жену Володи. Да и Володя будто не замечал своих перебинтованных рук. И был неистощим на приключения и шутки.

Едва осмотревшись на турбазе, Володя сразу потащил Андрея в горный аул за чачей, чтобы разнообразить вечерний досуг группы, обнаружившей недостачу костяшек в коробке с домино, и много других житейских недостатков.

Блаженка тогда увязалась за парнями. Ей очень хотелось увидеть Турцию. Хотя бы издалека. Может, там другое небо? Или воздух? «Наверно, – думала Блаженка, поглядывая на дальние горы, – там живут райские птицы и растут райские цветы»

В горный аул парни отправились после обеда. Андрей посвистывал и крутил круги пустой авоськой над головой. Володя молчал и смотрел по сторонам. Блаженка едва поспевала за ними. Узкий асфальтовый серпантин, извиваясь змеёй, стуча падающими камнями, резко уходил вверх.

Вскоре корпус турбазы стал похож на маленький зелёный брусок. А люди возле него – на цветных сонных муравьев.

Деревьев и кустов уже не было. Кругом были только камни. Камни были большие и маленькие. «Здесь живут камни, – подумала Блаженка. – У них своя, каменная жизнь. Камни, как люди, круглые – добрые, острые – злые»

Горный аул её разочаровал. Он начинался там, где заканчивался асфальт.