Анютины глазки

А вот в начале девяностых его восстановили и в этом заслуга старца этого монастыря. Это, вообще, легендарная личность. Во время войны он был морским офицером, несмотря на то, что он был потомственным священником. И отец его, и дед, и прадед, все были священнослужителями. Но, как только закончилась война, он снова стал священником. В начале девяностых начал восстанавливать монастырь и стал его настоятелем. А вот в две тысячи седьмом он уже стал архимандритом, старцем этого монастыря. И еще он был провидцем, умел видеть и чувствовать, что происходит с человеком.

И ехали к нему люди с разных мест, каждый со своей бедой.

До этого момента очень многие годы меня мучила такая страшная болезнь, что называется мигренью. Страшная, потому что появляется ниоткуда, причиняя страшную головную боль. И еще она считается неизлечимой. Так вот, по дороге в этот монастырь у меня и начался приступ этой самой мигрени. Единственной моей мечтой было доехать до места, выпить, если удастся (это не всегда возможно, если уже началась рвота) лекарство и, укутавшись с головой, попытаться уснуть.

Но когда мы туда доехали, то увидели сидящего в кресле на крыльце дома убеленного сединами старца. Нам сказали, что это старец Дамиан и что если мы желаем, то можем подойти к нему чтобы он благословил наш приезд. Несмотря на то, что я чувствовала себя совсем плохо, мы все-таки решили подняться к нему. Старец приветствовал нас очень тепло, благословил и сказал, что может принять нас, если мы желаем. Моя свояченица тут же вызвалась первой пойти в его кабинет, но он сказал, что мне в данный момент больше нужна его помощь и рукой показал, чтобы я следовала за ним. Войдя в его кабинет, я попыталась сесть перед ним на колени, но он остановил меня, сказав, что я не должна причинять себе лишнюю боль.

– У тебя ведь очень больные ноги, дочь моя, – сказал он. – Поэтому не нужно мучить себя, Бог видит твои мучения и прощает тебе то, что ты стоя обращаешься к нему. А сейчас, помимо всего, у тебя сильная головная боль. Я и пригласил тебя первой, чтобы помочь тебе избавиться от этой боли.

Сказав это, он приложил одну руку на лоб, другую на затылок и, тихонько зажав мою голову, что-то тихо начал шептать. И чем он дольше шептал, тем явственнее я ощущала, что моя боль проходит. Через какое-то время он убрал руки. Я не знала, что ему сказать, до такой степени была удивлена тем, что эта адская боль просто так, без никаких усилий просто взяла и прошла.

– Ну, вот сказал он, теперь можем и поговорить.