Тетради 2015 года

    (03/15)

??????? Tydyme

Андрею Пермякову

В лодке фабрики усталой —

тает снег, шагает правой

вдоль по досточке рабочий

между ледяных отточий.

Перед ним, в лице синицы,

горит атом серебристый,

и сучит ногой дитя,

ожидая сентября.

А за лодкой ходит некто —

будто убиенный Гектор

наконец пришёл в Тыдым,

где конечно все сгорим.

Загорелой своей кожей

семафоря рыбаку,

нас олень из тьмы тревожит.

Из солёного Баку

в лодку фабрики, что тает,

широко шагает снег,

и идёт, как алкогольный,

ледяной, как человек.

    (06/03/15)

«О символах любви и смерти…»

О символах любви и смерти

воспой нам, снежная дуга.

Ты – дура, потому и осень

цветущей оспой пролегла,

И потому, когда тебя я,

немая дура, обниму —

не лепечи со мной о смерти,

когда по ней я протяну

железную, как гроб, дорогу

[на ней вагончики поставь!] —

смотри, как едет тело к Богу

сквозь лес, похожий так на страх,

сквозь символы из шизанутых

и годных к новой строевой

живущих в доме серафимов

и херувимов на другой,

пересечённой [будто нет нас,

а только символы со дна

перерастают эту местность,

как ночь перерывает дня

колючую метель, где ёжик

с тобою дурковать летит,

и жалит, потому что может,

сосулек чёрные клыки,

что пахнут родиной, портвейном

и косяком, который смерть,

где хочется немного верить

и ненадолго умереть.

    (03/2015)

«Беспечный вечер, как последний…»

Беспечный вечер, как последний,

идёт по следу и по краю,

щенком мелькая в щелях чашки,

которую я наблюдаю

здесь на столе, где я однажды

лежать с желтеющим лицом

пребуду, как воображала,

замкнув над осенью кольцо

из Пушкина и графомана,

из лошади и тройки пчёл —

как будто бы легла экрана

татуировка на плечо,

как будто смотришь новый эпос,

где я – холодный кинескоп

в непрекращающийся вечер,

который смотрит мне в лицо,

который облаком прикурен,

таскает души через дым,

в щенках, что оживут в отместку —

и в этом весь его мотив,

который горлом мокрым, вязким

озвучит тело на столе,

пока душа из спелой чашки

спешит осою на плече.

    (07/03/15)

«Империя грачей в конвертах снега…»

Империя грачей в конвертах снега

хохочет, умирая, как земля —

где рай похож на рай и одиноко

лежащий смех в парных спит калачах.