Силы сопротивления

Фактура чувствуется. Но как странно! Холодная вода, корыто, Магда, тряпки.

Чай с жучками.

Бурдюкова передернуло. Он вскинул голову. Небо было сизым, высокие облака походили на перламутровую чешую. Буря где-то там, в вышине.

– Дорогие граждане! – грянуло со столба радио. – Поздравляем вас с новым трудовым днем! С каждым днем наши заветные цели становятся все ближе, а наши свершения – все заметнее.

Бурдюков поискал глазами отца, но тот куда-то пропал.

Помигивающее красными огнями здание приближалось.

Оно казалось приподнятым над поверхностью. Потом Бурдюков сообразил, что такой эффект дает строение фасада. Многочисленные арки первого этажа как бы отрывали остальное, выпирающее вперед и возносящееся к небу здание от земли.

Кажется, мы все работаем здесь, подумал Бурдюков.

Ни охраны, ни оград он не заметил. Проспект плавно перешел в подъем. Под ногами периодически проскакивали то одна, то две ступени. Сделалось теснее. Скоро у Бурдюкова осталась лишь возможность смотреть в затылок впереди идущему.

Радио разразилось энергичной музыкой. Кто-то расхохотался.

Тень здания наплыла. Высокие косые пилоны мелькнули над головой. Подхваченный человеческим потоком, Бурдюков устремился к одной из арок. Ток теплого воздуха обдул его лоб, виски. Что-то пискнуло при проходе.

Бурдюков сбился с шага, его подтолкнули в спину, он прошел еще метров двадцать по исполинскому холлу, полному квадратных колонн, светящихся указателей наверху и под ногами и остановился на островке у длинного щита с кулерами.

Мимо шли, шаркали по разноцветной плитке люди, целеустремленность на лицах, скупое спокойствие делали их похожими друг на друга, несмотря на разницу в росте и в комплекции. Большая часть сворачивала влево, к широким, крутящимся створкам.

– Чего стоишь? – возник перед Бурдюковым человек в костюме. – Пить хочешь?

Бурдюков мотнул головой.

– Ясно, – сказал человек, приложил к Бурдюкову какую-то коробочку на ручке и кивнул прозвучавшему короткому писку.

 – Смотри, тебе туда.

Он показал направо. Там, ловя свет плафонов, посверкивало стекло, сквозь него проступала заманчивая синева стен, мелькали люди в белом.

Бурдюков неожиданно понял, что ему действительно нужно в ту сторону. Словно лампочка под черепом зажглась.

– Конечно, – сказал он.

– Давай, – человек стукнул его по плечу.

Людской поток стал потихоньку редеть.