Прыжок в ночи

Ни фуфайки на теле, ни разожженный костер уже не помогали согреться. Тогда путейцы прижались спинами друг к другу. И дрожали, мысленно призывая в помощь Бога. Только в час ночи матрисса проскочила на перегон за ними. Домой все возвращались, молча, не было сил даже о чем-то говорить.

В эту ночь дети Евсеевых не спали, они стояли у окна и вглядывались в темноту в ожидании родителей. Как только мама и папа вошли в квартиру, Марина и Ваня прижались к ним. И дали волю слезам, которые сдерживали до их возвращения.

– Мамочка, вы такие мокрые! Как будто на вас ведро воды вылили. А мы с Маринкой, как только увидели АСКу, стали в ванну воду набирать.

– Да, там такой ливень за окном. А вас все не было, – Марина высказывала свои переживания.

У малышки снова из глаз хлынули слезы.

– Да хватит тебе реветь! Я же сказал, они скоро приедут.

– Ага, ты сказал скоро, а их долго не было! Уже ночь за окном и все спят. Мне было страшно.

– Чего это тебе страшно? Я же с тобой!

Родители обнимали своих заботливых детей. Прогревшись по очереди в ванной, Катя и Максим были растроганы: на столе стояла жареная картошка. Детям было тогда семь и пять лет. Пусть она оказалась, где горелой, где не совсем прожаренной. За душу взяло то, что малыши переживали за них, сами чистили картошку и сами ее жарили.

– Да мои ж вы золотые! Вы даже ужин сами приготовили. Какая красивая, поджаристая картошечка!

– Какая там она красивая! Мы долго спорили, сколько надо положить на сковороду жира, чтобы картошка не подгорела. Маринка сказала, что маленькую ложку. А я положил большую. И то мало получилось.

– Чего вы так переживаете? Лучше садитесь за стол, будем пробовать уникальное блюдо под названием « Забота и вкуснятина»! – шутил Максим.

Катя к картошке достала из шкафа маринованные грибы.

– Ух, как вкусно! Давно не ел ничего подобного, – смаковал папа.

– У-у-у! Какая хорошая картошечка получилась! Как я ее обожаю! А еще больше я люблю вас, – говорила мама.

И старалась обнять детей прямо за столом. Они, подбодренные похвалами, уже счастливо улыбались. И после ужина быстро заснули.