От печали до радости

Скоро бают, все церкви закроют, кабы и нас, грешных, не прихватило, да в разные стороны не раскидало.

Мать заголосила сильнее :

– Это кто ж дасть церкви тронуть.

– Да щас, в каждой деревне свои порядки, дай волю с ноготок, а возьмуть по весь локоток, – Крестясь, ответил отец.

Василий посмотрел на Алексея и сказал :

– Ну вот что, надо думать, как дальше жить, здесь добра не будет, давай Леха, во Владимир подадимся, а там и в Москву можно, надо и Семку определять, нечего тут ему делать, нечего тут и ждать, а там вроде коммуны хотят организовать для ребят, учить их будут, а как власть повернет неизвестно, вона еще с белыми воюють.

А ты Тятя, в церковь пока не ходь, от старосты откажись, На церкви накинутся, там и за тобой придут, так что затаись.

– Ой горе, горюшко нам – А как это Бога забыть, это грех какой – голосила мать,

– Да и дома как?. Алешку ведь Наталья 3 года ждала с войны, ни с кем не гуляла, сколько охотников к ней набивались, а они с детства женихались, вона как обрадовалась на празднике, когда его увидала.

– Какая Натаха, мать?, То детство закончилось давно, и кто ее отдаст за нас, они как были «графские», так и остались. И тятя у нее стал первый прихвостень у Корня, вона как себя проявил.

Алексей тяжело молчал.

– Чего молчишь, братка? Аль не согласен,?

– Мы родились здесь, Васятка, здесь на погосте и упокоится должны, благо земля наша не чужая нам, чего по свету шастать, думаш там лучше найдешь? Никуды я не пойду отсель.

А графские и гудовские примириться должны, хватить ужо воевать. Господь даст – будет и у нас праздник.

– Где ж твой праздник, когда за Корнеем все «графские « стали, потому и расправились со Спириным, а назавтра может и до нас дойдут, видел, как они на тебя свои зенки выпятили. что изменилось то?, кто верховодил раньше, тот и сейчас наверху сидит, на кого батрачили и на тех же батрачить будут. Не унимался Василий. И обращаясь к отцу спросил :

– Тять, ты в лес завтра не поедешь, лошадь нужна тее?

А ты куды собрался Вась?

– Да в район поеду в Совдеп,.

Там бают Михайло заправляет. Братка, ты со мной?

– Это какой же Михайло? – спросил отец.

– Да Мишка, Якова Царева, сын. Он же в прошлом годе Настасью в жены взял, сеструху Спириных. Авось за нас и заступится после такого. На том и порешили.

Надо сказать, что ночью над округой прошел такой ураган, какой и не видывали никогда старожилы.