Рожденный. Книга вторая

– Штуковина, оставшаяся еще с чахор-ханор каких времен! Так надо немного твоей кровушки, – он бесцеремонно схватил мою левую руку и провел по ладони маленьким ножом, который внезапно очутился в его руках. Потом капнул пару капель на артефакт в шкатулке. Тут же по сетчатой поверхности пробежало несколько синих огоньков. Мне показалось, что я вижу медленно увеличивающий свою скорость поток электронов, что спешили по белым ниточкам артефакта.

– Хорошо. Теперича натяни на леву руку, – предложил Дор и жестами объяснил, что я должен сделать.

При этом, сам он избегал приближаться к этой странной вещице. После недолгих стараний у меня получилось что-то типа сетчатого наруча на левом предплечье. Сетка плотно обхватила мое тело от начала кисти и до самого локтя. По всей сетчатой поверхности пробежал рой разноцветных огоньков.

– Ой, – вырвалось у меня от резкой боли и я понял, что нити артефакта начинают стремительно сжиматься. На краткий миг показалось, что сейчас порежет руку на мелкие кусочки. Но боль тут же прошла, хотя сетка не прекратила сжиматься все сильней и сильней.

Я, с разинутым ртом, наблюдал, как она погружается под мою кожу все глубже и глубже.

– А это же…, – я не успел закончить вопрос как, с интересом смотревший на мою руку Дорас, перебили меня:

– Обожди, сейчас все буде путем.

И действительно, через несколько секунд сетка полностью скрылась из виду. По-видимому, артефакт выделял сильный анестетик или что-то хитрое делал с нервными окончаниями. Я не чувствовал никаких неприятных ощущений.

Вообще не чувствовал присутствия постороннего предмета под кожей. Тонкие кровавые порезы стремительно затянулись. Не смотря на то, что артефакт явно разрезал все нервные окончания, сухожилия, мышцы, артерии и вены, я не ощущал ничего необычного. Рука как рука, чувствительность не потеряна, функции не нарушены. Я слегка пошевелил пальцами и тут же убедился, что все в порядке.

– А как же сосуды, она же их там на куски покромсала? – растерянно выдохнул я снова и снова прислушиваясь к своим ощущениям.

– Да, все путем, я же сказал! Не трясись ты так, это ж вещичка Древних. Через пару часов вообще раствориться в твоей кровушке, так что… – отмахнулся Дор, с нескрываемым восхищением посматривая на мою руку.

– И зачем этот ильвизерс? Что он делает? Это боевой артефакт?

– Ну, конешна, сразу тебе боевой! – хохотнул Дор, – погодь вот скоро будет проветривалка, гульнем по лесу и глянем как единение прошло удачно аль нет.