Жизнь как жизнь

Алешка умчался и вскоре вернулся.

– Тетя Нюра сейчас принесет, а тетя Наташа сказала завтра.

Наутро за своими лопатами и мотыгами пришла Степанида. Осмотрела остро наточенный инструмент.

– Ой, да ты и рукоятки то закрепил. Вот хорошо то. А то тяпки болтались – гляди того соскочат. Андрей, а пилу наточишь, а то совсем затупилась.

– Конечно, поточу, приноси.

Слух о том, что Андрюха Сазонов хорошо точит пилы, топоры, лопаты быстро разлетелся по деревне. И потянулись бабы со всех концов со своими мотыгами и лопатами.

Андрей целыми днями был занят работой и был рад, что стал востребованным. Денег он за работу не брал, а вот если кто приносил яичко или кусочек сахара, хоть и отнекивался, но брал – ребятишкам угощение.

Как-то вечером зашел к Сазоновым начальник с лесозаготовок.

– Андрей, а ты можешь у нас пилоточем поработаешь? Дед Кузьма совсем слепой стал – плохо точит. Хоть небольшую, но зарплату будем платить.

– Да, как же я к вам туда ходить буду?

– Не надо ходить. Пилы мы к тебе домой привозить будем, напильниками тоже снабдим.

Андрей оборудовал под навесом рабочее место не только для точки пил, но и поставил наковаленку для отбивания кос – сенокос ведь скоро начнется.

В конце июня Алена разродилась мальчиком. Ребенок родился крупненьким, здоровеньким.

– Алена! Давай сына Василием назовем в память о нашем Васятке.

– Что ты, Андрей! Нельзя называть детей именами умерших! Примета плохая.

– Да бог с ними с приметами!

Бодались долго. Андрей все-таки настоял и ребенка назвали Василием.

Радио приносило хорошие вести: красная армия освобождала один населенный пункт за другим, а в начале октября наша земля была полностью очищена от фашисткой нечисти. Народ в деревне воспрял духом: мужики коих ещё не убило, скоро возвращаться начнут, жизнь будет налаживаться. Однако в Верховной Ставке были другие планы: освободить Европу и добить фрица в его логове!

В деревню продолжали приходить похоронки – то в одном, то в другом конце слышался бабий вой.

Пришла похоронка и родителям Алены на её брата Сашку. Вслух народ, конечно, не говорил, но уж очень тягостно было получать похоронки теперь, когда своя земля была освобождена, а мужики продолжали гибнуть, и хоронили их в чужую далекую землю. Только в начале мая следующего года пришла весть о полной победе над постылым врагом. Мужики, вернувшиеся с войны покалеченными сбивались в кучки, выпивали за победу беленькую, про жизнь беседовали, ожидали скорых перемен.