Черные подковы

И вот наши только поели и смотрят, а мертвяк этот там желтый…

– Света, хватит уже! Нашла тоже, что перед обедом рассказывать! Вы ее не слушайте, – кадровик поднял брови и развел руки, словно извиняясь за выходку подчиненной.

– Да нормально все, – махнул рукой Виктор. – До свидания.

«Прапор» на вахте был чем-то занят и выпустил его без расспросов, лишь коротко кивнув. На крыльце одиноко стоял и курил только один таможенник, которому тоже не было дела до соискателя таможенной должности. «Ну, и слава Богу», – подумал Виктор.

Он двинул прямиком на автовокзал. Перекусить ему уже не хотелось.

Выслушав обстоятельный рассказ мужа, Татьяна мужа ободрила:

– Нормально все! А чего ты ожидал? Что тебя сразу возьмут?

– Нет, конечно.

– Ты там появился, и это главное. Показал себя, сейчас про тебя у Ткачева расспросят. Долго это вряд ли продлится, – рассудила жена.

Но ни через месяц, ни через два его ничем не обрадовали. А уже ближе к весне оказалось, что Летный таможенный пост стал Летной таможней.

Был назначен свой начальник, у таможни появился свой отдел кадров. Туда и были переданы все документы по Гордееву, оттуда и позвонили. Пришлось «болеть» еще раз и ехать на новое собеседование.

– Добрый день! Моя фамилия Подорожкин. Анатолий Юрьевич нам все передал, – с места в карьер начал начальник отдела кадров таможни, седой пенсионер с подстриженными усами и противным, каким-то подхалимским выражением лица. От него за версту тянуло военным прошлым. – Сейчас мы с вами побеседуем, Виктор Семенович, а потом с вами поговорит начальник Летной таможни, подполковник Филинов Михаил Николаевич.

«Странно, Степа говорил, тут вроде как советники какие-то, – вспомнил Виктор. – Или усатый не отошел еще от армейских привычек?»

Беседа с пенсионером не заняла и пятнадцати минут. Вопросы были те же, что и у городского кадровика. После этого кадровик местный задвинул речь. Суть ее заключалась в том, что служить Родине в таможенных органах – это высокая честь… и в таком духе. В заключение он сказал, что особое внимание руководство таможни и кадровая служба в частности обращает на офицеров, которые не понаслышке знают, что такое честь и дисциплина, поэтому при наборе данным кандидатам отдается особое предпочтение.

«Надо всех сосновских сюда гнать, пока не поздно!» – подумал Витя и невольно улыбнулся.

– А чему вы улыбаетесь? – спросил кадровик.

«Блииин!»

– Понимаете, не так часто услышишь в адрес офицеров в наше время такие слова.