С другой планеты. Сборник

Готовился тот еще раз перепрыгнуть,

Тфу, выругался и в болото нырнул,

Достался в плен, жабам, и…

Видимо и снился.

Нет нужды. Другой озарился.

1996.

Он любит

Он любит ночные затеи,

Туманы густые, кучу солостей,

Обнаженная девушка не надоедает,

Предпочитавши крутых солостей.

Могильный сон порой не смущает,

Не будоражит вечерный звон,

В поляне несет тайную загадку,

Каснется если, пленить на догадку.

Он любит ночные затеи,

Цыпленок жаренный на Бродвее,

Красивая брюнетка с синими глазами,

До утра оставаися.

1996.

Почему?

“И розы зевают, когда

задрожат листья” (Бежан)

Почему не дерутся розы?

Ой, как много их. Расцвели.

Друг с другом соревнуются,

Выглядет красивее,

Еще не “поспели”.

И когда пора их срезать,

Напрашиваются лишь смелые -

Оставьте молодых! Пусть растут.

Мы лучше же выглядем.

Ей, ты, “пастух”.

И лишь печальными выглядят розы,

Зачахнутые среди смелых.

Но почему все-таки, не дерутся розы?

Потому, что они все хорошие,

А хороший же не скверный.

1990.

И только

Скатилось солнце у берегов Сочи,

Стремится народ к “жемчужине” своей,

И только в сердцах рассуждают страстно -

Ой, до скольких будет… сегодня – Кобзон.

А на сцене… рядом там,

Выдвигается очаровательными песнями – der Man.

И только утром, где-то к девяти часам,

Из зала когда вышли,

Темноту превративши свет,

“STELA” – увидим.

1990.

Звезды

Звезды волнующей красотой,

Трепет могильный напоют,

Розы и соловьи неравнодушно,

Звон вечерний мне вспоют.

Придет время лягу и я.

Спешу, хлопочусь, потому не зря.

И порадуются тогда душеломые,

Заплачут впустую друзья.

Прости, мой покойный, прости,

Унылый голос всякий раз,

Они пошатнулись отомстит.

О, бедная судьба. В сердцах стучат.

1996.

Мне грустно

Мне грустно, тоскливо, нет покоя,

Нет светлых дней, слезами истекаю.

Ты моя радость, бывало, нежно роптала.

Куда ты, нынче. Хожу понапрасну.

Лишила меня радости, стал безотрадным.

Дни превратились во мраком.

Попал в чужие руки. Жалею, переживаю.

Слышу говор твой на могилке.

Я верю, и ты видешь, меня

Тревожат встречи и разлуки наши.

Эх, как плохо берегли мы счастье,

Гляжу во сне, снова встречаешь.

1996.

Быть может…

Быть может, света не будет,

Быть может, наступит мрак.