Бобылка

Бобылка

Ольга Евгеньевна Шорина

Инна Зернова живёт вместе со своей властной матерью-вдовой. У них "до сих пор не разорвалась пуповина". После смерти матери Инна становится изгоем: все гонят её, шпыняют, боятся заразиться горем. У Зерновой нет друзей, любви, образования и работы. Единственная её отдушина – церковь детей Божьих. Но Инна пытается безуспешно примирить две враждующие цивилизации: американский протестантизм и русское православие. Но она так и не смогла сделать свой выбор, потому что "посреди трёх дорог мы всегда выбираем все три" (Денис Майданов).

Для обложки используется фото автора.В книге упоминаются в негативном ключе лица нетрадиционной сексуальной ориентации.

Ольга Шорина

Бобылка

Глава 1. Крик

Как черна беззвёздная ночь,

И никто мне не может помочь!

Над землёй погребальный звон – как стон.

Офицер прохрипит приговор,

И палач передёрнет затвор,

И растает во мгле через миг мой крик.

Юрий Шевчук,«Ночь».

Настал декабрь, а снег так и не выпал.

В самом начале зимы матери Инны Зерновой, Анастасии Владимировне, исполнялось сорок девять лет. Женщина вот уже десять дней никуда не выходила, и её последней связью с внешним миром оставалась единственная дочь Инна, двадцатишестилетняя старая дева, с которой она обращалась как с рабыней. За день до именин мать поручила ей закупить продукты для праздника.

«Господи, – в ужасе думала Инна,– ну зачем нам делать стол, если никого у нас нет, никто к нам не придёт?!»

В последний день ноября, вечером, Инна долго ходила по магазинам.

Взяла водку «Виноградовъ» 0,7, куриные кармашки с шампиньонами, бочковую селёдку, гавайскую смесь. А про рыбу забыла. Как же мать на неё орала:

– Сука ты! Я есть хочу! Ты почему рыбу не купила? Издеваешься?

– Хорошо, я сейчас пойду и куплю.

– Не нужна мне твоя рыба! Сама её ешь!

Инна уже в который раз за эту страшную осень подумала: если она ещё хоть раз наорёт на меня, то я отправлю её в Дом престарелых. Только ждать до материной пенсии ещё долго, целых шесть лет.

Да ещё и комнату её государству отдать придётся. Просто как профессор Преображенский: «Если ты хоть раз оскорбишь доктора или меня, тебе влетит».

Её мать, молодая женщина, сколько Инна её помнила, как старая бабка, целыми днями пропадала у углового окна в большой комнате, обсуждая увиденное, как сериал. А сама Инна сидела в маленькой, откуда мать её постоянно дёргала.

– Ты деньги там, что ли, считаешь? – крикнула мать.