Come back, или Вы всегда будете женщиной

Мне свойственно сгущать краски; помню, я сказала, что, возможно, над семьёй тяготеет рок: муж потерял маму в двенадцать лет, нашему младшенькому сейчас как раз двенадцать, и с ним это тоже может случиться. Разговор заканчивается на привычной фразе мужа: «Ты как всегда говоришь глупости», и не успокаивает меня.

Дни до четверга летят быстро, забот много, нет времени «накручивать» себя и, главное, нет ни малейшего ощущения нездоровья.

В назначенный день я еле выкраиваю «окошко» для посещения доктора, выбегаю из офиса, уже имея времени в обрез, и только пройдя часть пути, соображаю, что оставила на рабочем столе снимки.

Приходится возвращаться. Весь путь до клиники занимает около пятнадцати минут, и я довольно сильно разгоняюсь, не желая опаздывать.

В кабинет доктора Перова я вхожу уверенно, и, выложив снимки, жду, пока он с ними ознакомится. Доктор производит приятное впечатление: мой ровесник, серьезен, подтянут. Долго мне его рассматривать не приходится: он начинает расспросы.

С чем я к нему пришла, что сказал предыдущий доктор. Я отвечаю, что ничего определенного обследование не дало, и мне хотелось бы ясности.

«Видите ли», – продолжает доктор: «Вы были у очень опытного врача, и у неё были основания рекомендовать продолжение обследования».

Всё это он говорит как-то туманно, не глядя на меня и что-то обдумывая. Вид у него удрученный, но я не принимаю это на свой счет. Я уверена, что сейчас всё разрешится. И я – крупная, пышущая здоровьем, энергичная женщина – вернусь к своим делам.

Доктор интересуется: «Когда Вы последний раз обследовали грудь?» Я вспоминаю свой единственный давний визит в районную поликлинику. Много лет назад так же импульсивно я посетила доктора, устрашенная какой-то статьей или передачей. Молодой хирург обалдел, когда в кабинет зашла тридцатилетняя я с просьбой осмотреть грудь. Но быстро нашелся, стал ёрничать, выспрашивая, замужем ли я. Дурацки ухмыляясь, провел осмотр, помяв мою грудь руками, как сельский ухажер в темном углу клуба, и явно не зная, как именно это делается.

От стыда я не знала, куда деваться, и торопливо ушла, раздосадованная некоторой двусмысленностью этого визита. В те времена, в разгар лихих девяностых, в рабочем районе, где я жила, намерение обследовать грудь было в диковинку, об аппаратном обследовании не знали и не мечтали. Этот визит надолго отбил у меня всякое желание попадать в такие нелепые ситуации впредь.