В злом сердце Бог не живет

– Внимание! Приготовились… Камера!

Мы благополучно доснимали этот эпизод, перекусили, немного погрелись в доме у гостеприимной хозяйки, потом поехали в церковь, где нас уже дожидались загримированные для следующей сцены актеры.

В помещении работать было намного легче. Я не заметил, как пролетело время. Снова возвращаться на улицу не хотелось. Но выбора не оставалось… Солнце склонялось к горизонту, завершая короткий зимний день. Надо было спешить.

С высокого берега открывался изумительный вид: широкая большая река, заснеженные валуны вдоль ледяной кромки, деревья под белым инеем.

И небо – такое чистое, яркое, стремительно меняющее свой цвет под лучами багрового предзакатного солнца. Я даже забыл про холод, залюбовавшись этой красотой.

Внизу в это время готовились к съемке. Главным героем здесь должен был стать охотничий пес по кличке Беркут. Я выбрал его из нескольких претендентов. Удивительное, надо сказать создание – породистый, добрый, смышленый. При первом знакомстве сразу расположил к себе.

Сегодня ему предстоит нелегкое испытание. Его должны будут убить из ружья. «Убить» – конечно, понарошку, но чтобы изобразить неживого, псу придется какое-то время побыть без движения. А как собаке объяснишь – лежи, мол, и не двигайся? Никак… Здесь только медицина может помочь. Для этого я и пригласил на съемки ветеринара.

– Солнце садится, – напомнил оператор, – надо снимать. Иначе время упустим.

– Да-да, – машинально кивнул я, думая о своем.

Я представил себе Беркута, беспомощно лежащего на снегу.

Сколько времени понадобиться нам для съемки? Успеем ли мы?

Мороз все усиливается, да еще этот ветер… Стоять невозможно – лютая стужа пробирает до костей. А лежать без движения? Да еще на снегу… Сомнения одолели меня: вправе ли я так рисковать? Чужой, пусть и собачьей жизнью. Когда я задумывал эту сцену, в теории все выглядело гораздо проще.

– Свет уходит, Роберт! Мы работаем или нет?

– Сейчас…

Я никак не мог решиться. Словно надо было прыгнуть с высоты.

– Внимание! Все готовы?.

. На исходную.

Ветеринар раскрыл свой чемоданчик, достал шприц, иглу.

– Укол сейчас будем делать?

– Нет… Сначала снимем Сергея. Как он стреляет, уходит… Потом собаку. Я скажу…

Сергей перед камерой поднял ружье, взвел курок, приложился щекой к холодному боку приклада. За рекой, на заднем фоне, багрово пламенела заря.

«Красивый кадр, – машинально отметил я. – Символичный».

Выстрел хлестко ударил по ушам, из ствола выбросило струйку дыма.