Мой Бийск, моя Сибирь. Роман – признание в любви. Книга 1

Причёсан аккуратно, в новом сером костюмчике, и комплекции такой же – плотный, крупный. Важный, в общем, господин.

– Здравствуйте, господин домовой!

Домовой довольно улыбнулся, но ничего не ответил.

Однако я поняла, что нравлюсь своему хозяину, и что он надеется на хорошую жизнь. А жизнь такую должна обеспечить ему именно я – новая хозяйка.

– Да, видно вам надоело одному воздух пинать. Здесь ведь несколько лет никто не жил. Представляю, как вы мёрзли зимой.

Домовой кивнул в ответ – дескать, да – натерпелся.

– Ну, теперь самый тёплый уголок за печкой будет ваш.

Домовой снова подмигнул, прошёлся ещё раз передо мной и вдруг исчез.

– Ну, да. Ну, да. Показался – и хватит. Понимаю. Хорошего помаленьку. Не мешало, однако, узнать, как же вас зовут.

На листе бумаги, который лежал на столе, как на экране, высветилось вдруг ярко-зелёным цветом короткое слово «Саша».

– Вот спасибо, господин домовой. Имя у вас, как у моего брата младшего было. Умер он восемь лет назад. Значит, именем его дом мой охраняться будет.

И тут домовой выглянул из-за печки снова, но похож был уже на брата.

– Да вы просто волшебник! Я буду называть вас Сашенькой.

Тут я проснулась. Совершенно отчётливо вспомнила сон о домовом Сашеньке и улыбнулась.

– Вот так суженый приснился мне на новом месте. А я во сне-то и не поняла, что он передо мной женихом выплясывал.

* * *

Вышла на крыльцо, остановилась на минуту, вдыхая запах цветов, дождя, тополиных листьев, и двинулась по тропинке, ведущей за ворота.

Мне нравилось всё в этом доме и во дворе – ухоженном, уютном, маленьком. С удовольствием потрогала железную ручку ворот, повернула её вверх и вышла на улицу.

Узкую улочку, зажатую между бетонным забором витаминного завода и рядом деревянных домов, украшало трамвайное полотно. Блестящие рельсы, аккуратные шпалы, паутина проводов над поворотом. Особенно красиво смотрелись вьющиеся лианы, свисающие с бетонной громады заводского забора. Их блестящие резные листья с малиновым отливом казались ненастоящими, словно сделанными из пластмассы.

И только когда дотронулась до них, ощутила прохладу живой поверхности – листья были упругими и мягкими одновременно. То ли это был какой-то сорт виноградной лозы, то ли декоративный вьюн. Я не знала, да и неважно было, что это за растение. Прошла вдоль забора, время от времени касаясь низко висящих листьев и красноватых стеблей.

– Вот тут буду ходить каждый раз, когда отправлюсь на остановку или домой.