Вся эта эстрада

Впрочем, всем этим он в какой-то степени был обязан, прежде всего, своему отцу-дипломату, который горел желанием видеть в единственном сыне своего продолжателя, но Жан, родившийся во Франции, решил пойти другим путем. Хорошего певца из него не вышло, но получился отличный администратор, обладающий даром убеждения и свободно пробивающий все стены и запреты.

Приехать в Одессу, откуда родом был его отец, Жан решил после довольно неприятной заварушки, произошедшей в посольстве не без его участия и стоившей отцу карьеры.

Он и раньше частенько здесь бывал – гостил у бабушки, – но никогда не думал, что однажды решит поселиться в этом городе надолго.

Сегодня Жан избрал себе в жертвы Сергея, и тот уже и не рад был, что заехал, а не позвонил по телефону.

– Представляешь, я думал, в Союзе невозможно жить нормально. Эта система всеобщей уравниловки просто никому не позволит устроить более-менее достойное существование. Все блага современной цивилизации для наших граждан закрыты на семь замков. Это правда.

Жируют здесь лишь вожди. Но, как видишь, я сумел разрушить устоявшийся порядок: у меня, вроде, все есть, а мне за это еще ничего не было. Взгляни, какие красивые обои. Из Германии! А плитка! Разве здесь производят такую?

– Жан, ты похож на бабу! Сколько можно? – не выдержал Сергей. – Еще бы ты да не устроился!

– Намекаешь на папу? Напрасно: он не имеет никакого отношения ни ко мне, ни к моему желанию поселиться в Одессе. Ни он, ни его друзья. Я лишился их поддержки в тот день, когда учинил скандал в посольстве.

Знаешь, я ведь ни капельки не жалею об этом. Впервые я их всех там поставил на свои места. Конечно, пахан не виноват… Но, если разобраться, он уже успел нахапать столько, что должен быть благодарен, что я таким образом помог ему вовремя остановиться.

– Ладно-ладно. Я хотел поговорить с тобой о делах «Прибоя». Понимаешь, найти солистку не так-то просто. Жан, мы простаиваем уже который месяц. Так и лето закончится.

– Ну, лето едва началось. Какое сегодня число? – задал вопрос Жан и сам же на него ответил: – четвертое июня.

Все еще впереди. А насчет солистки… Разве вы не дали объявление?

– Давали и неоднократно!

– Что, никто так и не откликнулся? Или мне прикажешь самому заняться еще и этим делом? Вы не способны ни на что!

Он злился, а потому вновь потянулся к пачке сигарет (курил Жан всегда много).

– Не надо, – попытался успокоить его Сергей. – Я думал…

– А ты думай поменьше! Иногда это полезно.