Клеймо идиота. Песни

И никого не впустит в мир, в своем миру живет один,

Не ждет того, кто пир разделит с ним.

Гремят ключи на дне кармана.

Еще тоскуют пара сигарет.

Домой пора, хотя и рано.

Еще ласкает теплый лунный свет.

И как-то девочка одна встречает мальчика, тогда,

Когда в своих он мыслях брел домой.

Открылись двери двух миров, еще один открылся кров

И вроде все готово для любви.

Но у любви другой маршрут, и критикой миры сожгут,

Ломая друг друга все, что есть.

Еще жизнь кандалы несет, закуйте мысли и вперед.

Вперед, как все, достигнуть дна земли.

Гремят оковы на запястьях,

Сломались пара старых сигарет.

Народ зовет все это счастьем,

А где же этот теплый лунный свет?

Держаться дороги свободной

Есть кулак, есть его вера.

Есть любовь, есть и измена.

Есть война, трупы для мира.

Где-то слабость, где-то есть сила.

Если жить, значит сражаться.

Если пить, значит спиваться.

Если рвать, значит на веки.

Лишь от тебя закипят в мире реки.

Если мир, значит система.

Деньги, фальшь, это их тема.

Нет стихов, дорог, нету смысла.

Кожа от жира давно уже свисла.

Каждый из нас значит не мало.

Верим мы в чудо, а чудо устало.

Нам пожрать, да и в лапы к морфею,

Да обнимать обнаженную фею.

Если петь, значит в живую,

Смысла нет, песню простую.

Кровь в руках, сжата бумагой,

Пальцы рвут струны, с отвагой.

Рок в глазах режет пространство.

Кто сказал, что рок это пьянство?

Если верить в небо, икону,

Что-то такое подарит корону.

Если дева, значит порнуха.

Не дает, значит старуха.

Если звонит, значит пристала

И мысли, что все в мире достало.

Если градус, значит гормоны,

Стереотипы, порно и клоны.

Вот и все! Все, что мы видим

И всех вокруг ненавидим.

Если я, значит я личность,

Оригинальность, креативность и вечность.

И не важно, родной или сводный,

Главное держаться дороги свободной.

Душа самолет

Первые к солнцу, вторые закроются,

Третье решают яйцо или курица,

Четвертые по карте тянут таран,

Пятые выходят в эфир на экран.

Есть еще те, кто уходят в закат,

Есть ещё стадо, стоящих у врат,

Есть еще люди в стекле и грязи,

Есть, кто отчаянно ищет любви.

Я не первый, второй и я даже не три.

Я номер тринадцать за счастьем судьбы.

Мои ноги – камень, мои руки-лед,

Мое сердце-пламя, а душа-самолет.