Девушка на фотографии футболиста Березина. Часть 2

Впрочем, это неважно. Я должен их найти. А для этого нужно время… Время, Мария, самый ценный ресурс, цените, берегите и его и не тратьте на тех, кто его недостоин! ? профессор вздохнул.

– А еще я хочу написать книгу, не научную монографию, а книгу впечатлений, воспоминаний. Печально сознавать, что все твои мысли, идеи так при тебе и останутся…

– Николай Степанович…

– Молчите, Мария. Я все прекрасно понимаю. Это не старческая ностальгия по молодости, а может, и она: какая разница?!

– Я могу что-нибудь для вас сделать?

– Что тут можно сделать?

– Напишите мне полное имя, фамилию, отчество вашей супруги, ребенка, все, что знаете о них.

Ничего не могу обещать, но мир не без добрых людей…

Профессор с сомнением сдвинул брови и чуть заметно покачал головой.

– Сделайте это для меня. Пожалуйста.

– Ну, только ради вас, ? согласился психолог. ? Я оставлю бумагу на столе. У меня для вас два сообщения. Первое ? насчет журнала. Вы понимаете, о чем я говорю? ? Маша кивнула.

? Так вот: он в вашем распоряжении. Держите ключ. Только обещайте мне не смотреть в него без особой надобности. Там мои мысли, представления, они могут сформировать у вас установки, поэтому читайте его в крайнем случае.

– Вы словно прощаетесь. Николай Степанович, скажите мне, вы ничего от меня не скрываете?

– У каждого человека есть тайны, вы же психолог, кому как не вам, это знать… Второе, Егор не спит, давайте не тратить время, попробуйте что-нибудь у него выпытать.

Если не получится, сконцентрируйтесь на программе по развитию внимания.

– Может, мне побыть тут, рядом с вами?

– Нет, идите.

Девушка медленно, неохотно погасила экран компьютера, через силу ободряюще улыбнулась профессору. Когда она уже закрывала дверь, профессор сказал ей вслед:

– Мы с вами были хорошей командой!

Мария вышла из кабинета ошеломленной: на ее несчастную голову одновременно свалилось столько проблем! Нужно было привести все новости в систему, отдышаться и действовать, поэтому девушка вместо того, чтобы искать Бегового, направилась в сторону удаленного диванчика, на котором она когда-то считала капли в ожидании Березина.

В полумраке коридора можно было спокойно разобраться в себе. Во-первых, с профессором что-то не так: или он правда переоценил свою жизнь и пришел в «отчаяние», как сказал бы Эриксон, либо есть что-то серьезное, о чем он умолчал, либо это его очередной гениальный план.