Ночная птица. Сборник стихотворений

Ты непременно станешь лучше всех,

Смакуя популярность как ириску.

И позабудешь как звучал мой смех,

Мои стихи, признанья и записки.

И будешь прав: пора сжигать мосты,

Я не хочу купаться в равнодушье…

И не сумею стать такой, как ты хотел -

Пушистой и послушной.

Ты можешь не прощаясь уходить -

Тебе я позволяю слишком много.

Я обещаю больше не звонить,

И не просить твоей любви у Бога.

Томас

Бедный стареющий Томас – его, как всегда подводят зрение,

Слух, а порой даже мысли и сны.

Томас уже сто лет никуда не выходит –

Какое там, тут бы просто дожить до весны.

В Апреле его день рождения, возможно,

Приедут в гости друзья…

Те, кто остался жив, их по пальцам уже сосчитать.

Томас глядит в окно и в глазах его только усталость,

Но он твердит себе: мне не пора, не пора еще умирать.

Бетти еще звонит каждое Воскресенье,

все обещает приехать.

Ей бы давно нарожать ему внуков, но она

Только и думает, что о карьере.

Если ее послушать – личная жизнь работе помеха,

Говорит, я все это видела лично,

На мамином, мол, примере.

А разве он делал Джулию такой уж

несчастной и незаметной?

Ну, попивал, ну, иногда давал волю гневу…

Когда он ее впервые встретил

Джу была страшной кокеткой,

Но как-то сникла с годами,

Особенно после гибели старшего – Сэма.

Томас прикуривает сигарету дрожащими пальцами,

Ноги уже не держат, пора отправляться в кровать.

Ночь совершенно бесшумно на город пустой опускается.

Нет, не пора, не пора мне еще умирать.

Сангрия

Сангрия полощется в стакане,

На ветру топорщится футболка.

Что-то сотворяет лето с нами,

Лепит нас, разламывает колко.

Видно. Мы расстанемся врагами,

Страшно быть влюбленными так долго…

Что-то сотворяет лето с нами,

Стягивай, скорей, свою футболку.

***

Утро скромнее ночи,

но и в нем бывает не до веселья,

стул упирается в копчик,

ты запретил мне любить Воскресенья.

И даже еще не зима…

Август

Лето закончится резко, так, словно выбьет в квартире пробки,

Солнце забудет дорогу в наш город, устанет являться.

Ты застреваешь крепко в моей груди, в черепной коробке,

Будешь на коже моей, как неровный загар проявляться,

Я ведь прекрасно знала – не стоит в тебя влюбляться.